Путешествие в страну мужчин

– Трындец, – тихо произнесла Полина и добавила: – Амур, ты вообще о чем думал, когда целился?

До Москвы он добрался только к вечеру – голодный, холодный, грязный, облепленный дохлой мошкарой и паутиной. Волосы торчали в разные стороны, на щеке красовались три царапины. К тому же после неудачного падения Степан хромал на левую ногу, отчего выглядел еще более жалко и даже трагично. Он бежал лесом, задыхался и снова бежал, точно за ним гнались злые собаки. Не разбирая дороги, без всяких ориентиров, несся вперед, прижимая к груди одну-единственную драгоценную вещь – боевую подругу, медицинскую энциклопедию.

Павел не будет его искать: деньги вскружат голову, и делиться не захочется.

«Да, да, да», – уговаривал себя Степан, чудом оказавшись на трассе.

От собственной смелости и решимости дрожали коленки и горели оттопыренные уши. Как он посмел? Как отважился? Невероятно, но факт! Просто в сознании что-то щелкнуло, он отодвинул засов, освободил Екатерину Шурыгину и пустился наутек.

Наверное, из двух кошмаров (гнев напарника или тюрьма) он выбрал наименьший. Нет, Павел не станет рассказывать на каждом углу о грехах молодости. И его, Степана, не найдет теперь! Или найдет, но особого вреда не причинит… Нужно спрятаться, забиться в угол и переждать!

А на свете есть только одно безопасное место. Только одно! Это квартира Раисы Антоновны. Только там можно вновь стать счастливым, обрести покой и уверенность в завтрашнем дне. Носки? О, он будет очень внимателен и никогда не перепутает корзину для цветного белья с корзиной для белого.

И круги от чая он готов отмывать по три часа в день! С энтузиазмом и удовольствием!

Степану повезло: отзывчивые люди бесплатно довезли его почти до дома тетки. И он, взволнованный, позабывший об усталости и о «хроническом плохом самочувствии», прошагав два квартала, не стал ждать лифта, а, перепрыгивая через ступеньку, устремился вверх. Кнопка звонка показалась такой родной, что он чуть не расплакался.

– Кто там?! – недовольно гаркнула Раиса Антоновна. Она никогда не смотрела в глазок сразу, сначала шло опознание по голосу, а уж затем придирчиво изучалась картинка.

– Я… – просипел Степан, молясь и надеясь. Услышав страшное «кто там?», он окончательно оробел; недавние приключения показались чепухой, выдумкой, бредом, в то же время душа сладко заныла.

Визгливо защелкали замки, и дверь распахнулась. На пороге стояла высоченная грозная Раиса Антоновна.