Путеводитель по Лукоморью

Ну а затем был день рождения Вадима, когда погибла Ирина и Аня переехала жить в дом Буркина. И вдруг нагрянул новый форс-мажор.

Крохотный переулок, в котором стоит дом Силантьевой, еще не был перегорожен забором, но Фекла всегда старалась обходить жилье Раисы Кузьминичны стороной. А в тот день почему-то пошла мимо знакомой калитки и была остановлена старухой. Та выглянула из окна и велела:

– Зачем? – пискнула девушка. Однако послушалась.

Силантьева не предложила Фекле сесть (беседа состоялась в сенях), просто сказала ей:

– Я знаю, как погиб Юра.

– Он попал в руки к маньяку, – прошептала перепуганная жена Вадима.

Пожилая женщина схватила Феклу за плечо костлявыми пальцами.

– Сроку тебе сутки. Иди, поразмышляй и возвращайся.

– О чем размышлять? – дрожащим голосом уточнила Шлыкова.

– Ты мне говоришь, кто из вас столкнул Юру в колодец, я его накажу, и делу конец, – заявила Силантьева. – Остальных не трону. Живите, дышите. Знаю, вы с Катькой ни при чем. Ну, так кто? Вадим или Сашка?

– Откуда вам известно про колодец? – в обморочном состоянии прошептала Фекла.

Раиса Кузьминична грубо оттолкнула девушку, усмехнувшись.

– Поймала я тебя. Точно не знала, да догадалась. Очень уж вы, бывшие друзья сына, меня избегаете, мимо дома пройти боитесь. А еще нашлись люди, которые подсказали, что на теле бедного Юрочки были не те травмы, которые маньяк оставляет. Ну, всего я тебе сообщать не намерена. А ты сейчас своим вопросом мои догадки подтвердила. Повторяю: даю тебе сутки.

Шлыкова бросилась домой. Она хотела поговорить со свекровью, но Варвара была очень расстроена.

– Игорь с Вадимом в Москву поехали, а сюда только что приходил Колесников. Представляешь, наглец попытался меня шантажировать, заявил: «Давайте денег, иначе я расскажу правду про Богданову».

– Не платите ему! – испугалась Фекла. – Надо Сашке сказать: «Если распустишь язык, мы про Юру заявим, и тебе больше всех достанется, потому что ты Силантьева подначивал, из-за тебя он по бордюру побежал».

– Но он тогда про Вадика расскажет… – возразила Варя. – Нет, всем надо молчать. Черт, мужа с сыном, как назло, нет, вернутся лишь завтра. Что же делать? Как избавиться от Александра? Нет, каков мерзавец. Мы его считали своим, а он…

Свекровь схватилась за грудь и осела на диван. Фекла знала, что у Варвары больное сердце.