Путеводитель по Лукоморью

Не успела я перепугаться окончательно, как со стороны здания послышались странные звуки: шорох, вроде даже шепот, а по моему лицу прошелся ветерок. Я присела, затем выпрямилась и, не разбирая дороги, понеслась по тропинке куда глаза глядят. Хорошо хоть не забыла про чужой велосипед, катила его, обмирая от ужаса.

Только не говорите, что на моем месте вы бы спокойно вошли в заброшенное богом и людьми здание с вопросом: «Эй, кто здесь безобразничает?»

Сидя на диване в хорошо запертой квартире, я тоже храбрая.

Могу, зарывшись под одеяло, наблюдать на экране телевизора за приключениями главной героини ужастика. Но поздним вечером в лесу, в месте, которое аборигены называют «гиблым», мне совсем не хочется демонстрировать отвагу. Ладно, привидений не бывает, зато встречаются бомжи и всякие асоциальные элементы, и я бы, пожалуй, предпочла скорее пообщаться с представителями потустороннего мира, чем с криминальными личностями. И не надо говорить, что меня напугал простой ветер!

Чуть не скончавшись от ужаса, я каким-то непостижимым образом очутилась вновь на улице, села на велосипед, поехала, как мне показалось, в сторону центра Беркутова, выскочила в небольшой парк, пересекла его и увидела завалившуюся на один бок избушку, в окнах которой горел свет.

Я все-таки нашла скромную обитель Фаины Максимовой!

Мне безусловно нужно поговорить со старухой. Но еще сильнее хотелось сейчас выпить горячего чаю, на худой конец пустого кипятка и посидеть некоторое время в тепле, в безопасном месте, где уютно светит лампа, работает телевизор и живут обычные люди.

Я перевела дух, подошла к крылечку и постучала в дверь. Она приотворилась, изнутри послышался веселый голос молодого мужчины:

– Ай да девчонки! Отличная работа! Теперь отправимся к пирамидкам!

Пенсионерка наслаждалась телешоу и не слышала, что к ней заявилась гостья.

– Простите! – крикнула я. – Фаина… извините, не знаю вашего отчества… Можно войти?

– Смотрим на команду под именем «Львы», – надрывался ведущий.

 – Вот это да!

Я втиснулась в узенькую прихожую, сбросила испачканные ботинки, повесила на один из прибитых к стене крючков плащ и направилась на звук.

Вытянутая, примерно пятнадцатиметровая комната служила Фаине гостиной. В углу на тумбочке стоял цветной телевизор, похоже, еще советского производства. Несмотря на древность, он исправно работал, на экране мелькали лица, а из динамика слышались громкие аплодисменты.