Но для того, чтобы сохранить баланс сил на земле, его проклятье станет вечным, и он больше никогда не сможет видеть Мэри. Более того, Мэри не вспомнит ни его, ни любовь, что они делили:
Его голос дрожал.
– Вы забираете у меня жизнь.
– В этом суть, – сказала она до невозможности мягким тоном. – Это инь и ян, воин. Твоя жизнь, метафорически, в обмен на ее – буквально. Баланс должен сохраняться. Жертва предвещает дар. Если я спасу женщину для тебя, ты должен отдать что-то. Инь и ян.
Это серьезный внутренний конфликт.
В его власти спасти Мэри, но цена этого – его счастье.
Конфликт позволяет рассмотреть книгу под микроскопом. Когда персонаж попадает в него, становятся видны черты, лежащие за пределами повествования. Ты видишь: слаб он или силен, принципиален или безразличен, герой он или злодей.
В сделке, заключенной между Рейджем и Девой-Летописецей, главный герой справляется и с внешним конфликтом (обстоятельства, вынуждающие его пойти на сделку, и предложение божества), и с внутренним (он хочет избавиться от чудовища, но очень сильно любит Мэри).
Он доказывает, что он герой – жертвует собственным счастьем, ради спасения жизни любимой. Это становится кульминацией становления героя как неэгоистичного, сострадающего человека.
Теперь понимаете, почему я полюбила его?
Конфликт – это критическая точка каждой истории. Я представляю себе повествование, как шахматную доску, по которой персонажи двигаются как фигуры: что они делают и куда идут значит так же много, как и обстоятельства, которые поставили их в сложную ситуацию.
Правило: нужен обоснованный, но неожиданный сюжетный ход, который разрешает конфликт.
Для автора подобный обоснованный сюрприз – последний ход в шахматной партии. Сюрпризов может быть много, но без предшествующего контекста, который объяснял бы их, они не «обоснованные». Чтобы принимаемое героем решение было впечатляющим, вы должны взять две половинки: серьезный конфликт и непредсказуемое, но правдоподобное разрешение.
Возьмем, к примеру, концовку «Вечного любовника».
Когда Рейдж соглашается на сделку с Девой-Летописецей, чтобы спасти жизнь Мэри, между ним и его шеллан все кончено. Бесповоротно. Но вот, его любимая возвращается к нему (спасибо выдающимся навыкам вождения Фритца! Кто же знал, что наполовину Джефф Гордон[51]?), излечившись от болезни, и помня его и их отношения. Отлично! Замечательно! Но только невозможно, согласно сделке с Девой-Летописецей.
Привет, обоснованный сюрприз.
