Путевой светлячок

Мне удалось!

— Это тебе за вчерашнее! Еще раз увижу, что заглядываешься не на меня, — откушу совсем! Зато уж точно докажу, что люблю тебя всего и безмерно! Как думаешь? — криво ухмыляясь, просветила своего демона.

А пока озадаченный Рейн переваривал мое коварство и злопамятность, решила сделать приятное уже себе и принялась ласкать его, наслаждаясь сама и пытаясь доставить удовольствие любимому. Хотя он та-ак вздрогнул в первый момент! Но удовлетворенный рык Рейна, раздавшийся чуть позже, подсказал, что и с этой наукой я отлично справилась.

Три дня мы провели в наших покоях, муж учил меня простейшим защитным заклинаниям, которыми высшие демоны владеют чуть ли не с рождения, по его словам. Хема теперь видела только по вечерам и за ужином, причем всегда в компании Повелителя.

С интересом наблюдая за обоими, с внутренним трепетом отмечала, что они действительно две половинки одного целого. Похожи не только внешне, но и мимикой, жестами, даже взглядами, да и двигаются одинаково, а ведь мой Хем — еще совсем малыш, и у него не может быть такого пустого, убийственно ледяного взора.

Правда, взгляд менялся, стоило мальчику посмотреть на меня или забраться ко мне на колени и обнять за шею, а еще когда я укладывала его спать и он слушал ежевечернюю сказку.

Проснувшись утром четвертого дня, потянулась и вспомнила, что сегодня должна приехать в Преисподнюю эра Соаль и начнется мое обучение и постепенное принятие прав и обязанностей в клане Рейна. Я нервничала, волновалась: какая она? Ведь демоница старше меня на пару тысяч лет — а вдруг она будет как прежняя гувернантка?

Ночью мы с Рейном почти не спали: постоянно тянулись друг к другу, нуждаясь в тепле и полном сближении.

И если Рейн сам сказал, что с годами его любовь и потребность во мне будут только усиливаться, то вот почему я в нем так остро нуждаюсь — не могу понять. Потребность видеть его рядом, касаться, разговаривать становилась почти болезненной, если его не было рядом, и сметающей все разумное и вбитое годами воспитания, стоило нам вновь оказаться вместе.

Завернулась в шелковую простыню и, бесшумно ступая, вышла на балкон, облокотилась о перила и окинула взглядом окружающий пейзаж. Солнце уже взошло и передо мной предстала интересная картина. С правой стороны, ближе к внутреннему двору, располагаются конюшни, и сейчас в отдельном открытом загоне понуро прогуливается Снежок. Рейн осторожно рассказал еще три дня назад, что другие лошвары чуть не задрали его ночью — пришлось отселять.