Пыль моря (СИ)

– Бросить этих червей в трюм и пусть побудут там, – распорядился капитан Ли, и верный Чао бросился выполнять приказ. Пленников поволокли по палубе и столкнули в люк, черневший у фок-мачты. Решётку задвинули и матросы с унылыми лицами стали молча расходиться.

Капитан Ли кусал свой ус, не в состоянии успокоить нервы. Его душила злоба на этих проклятых бунтовщиков, и на себя тоже. Лишаться самых лучших своих матросов и бойцов ему никак не хотелось. Людей и так оставалось мало, а тут ещё четверых он лишился. Он чувствовал свою вину и продолжал злиться.

Чао торопливо наполнил чашку и с поклоном поднёс. Его глаза светились преданно и радостно. Видно он с удовольствием смаковал случившееся, и ему не терпелось высказать своё восхищение действием капитана.

– Как быстро вам удалось смирить этих червей, господин, – пролепетал его голосок, но в ту же секунду он отлетел к двери и плюхнулся на пол. Разъярённые глаза впились в его перекошенное болью и недоумением лицо, и капитан прошипел сквозь зубы:

– Дурак! Чему радуешься? Четверых уже нет, и ещё придётся двоих терять! С кем добывать себе богатство станем, собака?

– Верно, верно, господин, – лепетал Чао и осторожно поднялся с пола.

– Что ты там бормочешь, падаль! Лучше дай совет, как выпутаться.

– Что мой совет вам, господин. Кто лучше вас может придумать любой выход из любого трудного положения.

– Тогда пошёл вон, пёс шелудивый!

Чао не стал медлить и, пятясь задом, выскочил за дверь.

«Придётся миловать, – думал Ли, отхлёбывая из чашки. – Уж очень хороши людишки, особенно этот медведь. Но наказать придётся, а то и другим повадно станет».

Капитан Ли тяжело вздохнул и залпом осушил чашку. Налил ещё и тоже выпил. В голове приятно зашумело. Случившееся не стало казаться таким страшным и непоправимым. Настроение стало легким, и злоба незаметно отошла в глубины его души. Так он пил, пока не свалился со скамьи и не заснул тяжёлым хмельным сном.

А Мишка с Хитоси томились в душном, вонючем трюме, прислушиваясь к ударам волн и плеску трюмной воды.

– Ну что друг, Хитоси, – молвил Мишка, когда суета наверху поутихла и нервы немного пришли в успокоение, – подождём теперь своего конца, а? Да, не думалось, что всё произойдёт так скоро.

Хитоси не отвечал. Он думал о своём.