Пыль моря (СИ)

Джонку стало разворачивать, валы швыряли её, и с вершин этих валов земля хорошо виднелась. Дождь кончился, но низкие тучи носились по грозовому небу, едва не касаясь гребней волн.

Две мили отделяли джонку от земли. Мишка с трудом приладил трубу к глазу. Берег был пустынным, скалистым и опоясанный кораллами. Лес подступал к самому берегу. Вдали просматривался мыс, но в этом месте, куда несло джонку, берег был открыт и опасен.

– Вот и конец, друзья мои, – сказал Мишка, хотя знал, что никто его не слышит. – Наш последний берег, – он набожно перекрестился и зашептал забытые молитвы матери.

В груди щемило, и тоска заполнила его всего.

– Смотри, Миш, ветер затихает! – прокричал ему на ухо И-шань, подобравшись к самому его уху. – Может ещё не всё, а?

– Поздно, да и волна слишком высока. Разобьёт в щепы!

– А ты надейся, капитан! С час может, ещё продержимся. Давай на вёсла гони людей! Попытаемся!

Мишка встрепенулся. Он забегал по палубе, отдавая распоряжения и тумаки. Матросы разобрали вёсла и стали отчаянно грести.

Джонка выровнялась и пошла вдоль берега. Однако ветер сносил её к рифам. Вэйдун тоже оживился и стал помогать вихляющейся джонке.

Днище проскрежетало по камням, и в тот же момент огромная волна бросила джонку на рифы. Оглушительный треск и грохот потряс судно.

Его бросило носом между двух рифов, ломая мачты и борта, джонка застряла в острых камнях.

Такелаж перепутался, обломки завалили палубу. Двух матросов смыло волной, их даже не заметили в кипении водоворотов. Волны яростно били в корму, судно содрогалось и стонало.

Днище разошлось, и вода хлынула в трюм. Джонка стала медленно оседать. И хотя волна и ветер утихали, но в каждую минуту судно может быть разбито и растащено волнами по досочке.

Ушибленные и оглушённые, матросы ползали по заваленной палубе, цепляясь за что попало. О высадке нечего было и думать. К тому же все лодки давно были смыты, и оставалось ждать судьбы и провидения.

Близкий берег манил своей промытой зеленью и спасением, но был недосягаем. Матросы замаливали духов и бросали в море подношения и дары.

Летели в воду драгоценности и одежда, еда и обувь. И духи, как видно, вняли несчастным. Волна уменьшалась, ветер стал мягким, а тучи унесло и яркое солнце заполыхало в жарком небе.

Вэйдун, хромая и ругаясь, давал распоряжения. Матросы старались из обломков связать плот, но это плохо получалось. Волны иногда перекатывались через палубу и мешали материал. Люди калечились и орали проклятия, но делать было нечего.