Пыль моря (СИ)

И глядеть в оба!

Со скоростью не более одного узла бриг полз всю ночь. Ветер к утру совсем ослаб, и ночь прошла благополучно. Справа по борту виднелась полоска острова, и Чупито стал измерять шестом глубину. Она равнялась не более трёх саженей, как подсчитал Мишка.

К полудню отправили шлюпку в селение, видневшееся на берегу островка. Там сообщили, что джонка вечером прошла вблизи острова и направлялась в юго-западном направлении. По описанию это была та самая джонка.

С двумя поросятами шлюпка вернулась на бриг, и Вэйдун приказал ставить марсели[2].

Перед самым вечером на горизонте заметили тёмный парус.

– Никак наш, а? – спросил Вэйдун, и послал на марс[3] матроса. – Ну что?

– Джонка, похожая на ту, которую ищем! – донеслось сверху.

– В погоню! – крикнул Мишка.

– Погоди ты, – остановил его Вэйдун. – Думаешь Ли сразу попался? Он тоже заметил наш парус. Мы ж на европейском судне и ему не улыбается с нами встречаться. Он обязательно скроется на мелководье.

– Что же делать? Ведь уйдёт!

– Теперь ему трудно уйти.

– Эх! Так хочется побыстрее встретиться! Руки чешутся!

– Потерпи малость. Скоро уж. Куда ему от нас уйти? Крышка ему, проклятому! Конец!

– Замолчи, ты, старая курица! – зло выругался Мишка и ушёл на корму, ожесточённо пиная ногами валявшиеся канаты.

С полчаса ещё виднелся парус, а затем исчез в наступающем закате, и тут же Вэйдун приказал менять галс.

После полуночи вдали замаячил огонёк. Он то исчезал, то появлялся, и Мишка не мог оторвать глаз от этого светлячка. До него было не более пяти миль, или чуть больше.

– Вот он, – заметил Вэйдун, не уходящий спать в эту тревожную ночь.

– А может не он? – с сомнением в голосе спросил Мишка.

– Как не он? Другие суда по ночам стараются не плавать. Здесь никто в дальние плавания не отправляется. Вся торговля местного значения.

– Господи! Помоги мне, грешному! Николай-угодник, помоги рабу твоему!

Мишка даже опустился на колени и воздал руки к небу. В груди колотилось и бухало от волнения и избытка чувств. Он даже не чувствовал злобы. Просто молил господа о ниспослании удачи. Он так долго ждал, что успел свыкнуться с мыслью, что поиски могут не увенчаться успехом. И теперь он боялся, что судьба отвернётся от него и позволит ненавистному Ли ускользнуть от него.