Пыль моря (СИ)

Уселись в кружок, и Мишка зашептал в склонившиеся головы:

– Братцы, купчик-то замышляет что-то. Быть всё время наготове. Не дай бог попадём в лапы к маньчжурам.

– Тогда спать по очереди придётся, – предложил Тин-линь.

– Ясное дело. Давай укладываться, а завтра видно будет. Хорошо бы за берегом следить, да темень стоит. Ладно, за ночь ничего случиться не может. Ювэй, сторожи, пока глаза не станут слипаться. Разбудишь тогда меня, понял? Смотри не спи, за борт выброшу!

Волна ласково покачивала джонку, форштевень мягко резал чёрные воды.

Ветер стихал, ход судна замедлялся. Кормщик тихо отдавал кому-то распоряжения. Паруса с шелестом подтягивались и снова стихали. И журчание воды клонило ко сну. Погода была тихая, мирная.

Мишка малость подумал о будущем, но мысли путались, туманились. Да и бороться с этим не хотелось. Сон сморил его, и последнее, что он сумел вспомнить, была мысль о Ювэе. С этим он и заснул, положа руку на ружьё и поправив саблю.

Глава 26. Невольные пираты

Мишка открыл глаза. Его будто кто-то толкнул в бок.

Сна как не бывало. В груди гулко стучало. Кругом стояла тишина, какая может быть на судне вдали от берегов.

Не шевелясь, Мишка обвёл глазами небо, усыпанное звёздами, тёмные силуэты мачты, паруса и прочих корабельных предметов. Сон не припоминался и Мишка в недоумении хотел повернуться на другой бок. И передумал. «Неспроста это я проснулся? – думалось ему, и он стал прислушиваться, осторожно ощупывая оружие под рукой. «Вот бесёнок, заснул, стервец», – пронеслось у него в голове при мысли о стороже, оставленном с вечера.

В это время до его слуха донёсся очень близкий шорох. Это не было сонное движение товарищей, а чуть дальше. Шорох отличался от всех других звуков на судне, Мишка насторожился. Шорох приближался, стало слышно тихое сдерживаемое дыхание.

«Неужто кто-то позарился на наше скудное добро? Сейчас разузнаем».

Очень тихо Мишка высвободил руку для удара. Кто-то осторожно и настойчиво крался к спящим. Сколько их было – не понять. Темень стояла плотная.

Вдруг Мишка весь напрягся. Чья-то рука осторожно шарила по нему и, коснувшись ружья, замерла. Затем тихонько стала тянуть его. Мишка видел только часть головы человека, распластавшегося рядом с ним. Недолго думая, он долбанул кулаком по этой голове и с воплем вскочил, обнажив саблю.

Сразу же поднялась суматоха. Все вскочили, но несколько жилистых и цепких рук хватали сонных путников. Мишке удалось отбить саблей одного и ткнуть другого. Раздались вопли, мелькали тени.