– Спасибо, аппетита нет, – вякнула Маруся, ища пути к отступлению.
– Ни за что не поверю, что девушка вашей комплекции не любит вкусно покушать.
Чувство самосохранения подсказало Марусе, что обижаться не следует, себе дороже.
– Я мало ем. У меня это с детства, – ответила она, подумав: «Зачем я сказала? Бред какой-то. По моей талии сразу видно, что я с детства клюю, как цыпленок. Бройлерный. Валить отсюда надо, и чем быстрее, тем лучше. Для чего меня Динка в это втравила?»
– Ой, только не говорите, что сидите на диете.
Женщина должна быть роскошной, кустодиевской… Вы понимаете, о чем я?
– А… ага, конечно, я люблю живопись. Раз надо, я все съем, давайте.
Не чувствуя вкуса деликатесов, Маруся принялась методично поглощать содержимое тарелки. Стас с удивлением поглядывал на молча жующую Марусю. Что-то пошло не так. Он явственно ощущал напряжение, исходящее от девушки. Видимо, он в чем-то ошибся. Но в чем?
– Слышь, доктор, – раздался рядом хрипловатый басок, – Михей сказал, работа завтра есть. Срочная. Готовь скальпель.
– Мой скальпель всегда при мне, – отшутился Стас и пожал руку говорившего. Подтянув его поближе к девушке, он весело произнес:"
"– Разрешите представить, Мариночка! Это Георгий, молодой, но подающий большие надежды специалист, так сказать, по зубам.
Маруся подняла голову, и очередная тарталетка шмякнулась обратно. Это было уже выше ее сил. Перед ней стоял оживший Кин-Конг, побритый в некоторых местах. Специалист по зубам был втиснут в красно-желто-белый спортивный костюм, напяленный на зеленую майку, в вырезе которой топорщилось невероятное количество черной курчавой растительности.
Тазообразную физиономию украшала короткая щетина, а венчала все это великолепие абсолютно голая, тщательно выбритая макушка.
Чудовище неожиданно галантно кивнуло и вежливо пробасило:
– Чрезвычайно рад знакомству. Если что – всегда обращайтесь, буду счастлив помочь.
Маруся оцепенела от ужаса, не рискуя представить, что имела в виду эта волосатая образина. Даже извечное женское кокетство и гордость, что она кому-то понравилась, тихо издохли, как тараканы, настигнутые дихлофосом.
Туповатый, но простой, как веник, Колян, и то опасен, а уж что говорить об этих обходительных живодерах. У Маруси тягостно заныло под ложечкой. Она была готова уступить любым домогательствам, правда, теперь уже безо всякого удовольствия. Но где гарантия, что потом от нее отстанут? Если сейчас сбежать, то все равно ведь найдут. Вспомнилась жутковатая фраза: «У мафии длинные руки».
