Раб лампы

Не из своего, заметьте, подъезда! Да и… — Маркарян понизил голос и, боязливо посмотрев по сторонам, добавил: — Да и, быть может, он совсем не тот, за кого его принимают? Может, он никакой и не придурок?

— То есть Гамлет предполагает, — довольно-таки развязным тоном, представлявшим собой весьма значительный контраст с предыдущими его ремарками, подал голос Кругляшов, — что этот паренек из соседней квартиры только выдает себя за дурачка, а на деле является злобным суперменом, который способен уничтожить на месте кого угодно!

Маркарян злобно сверкнул на психоаналитика глазами, но я поспешила вмешаться:

— А что? Гипотеза, которая имеет право на существование.

В моей практике есть случай, когда один алкаш взял на постой старуху, свою родственницу. По крайней мере, на этом он сам настаивал. Так вот, старушка была очень почтенного вида, ездила в инвалидной коляске и, однако же, несмотря на это, оказалась киллером высочайшей квалификации, причем мужского пола! Киллер ранее был актером и в совершенстве владел искусством грима.

— А зачем же он поселился к этому алкашу… да еще под видом старушки? — пролепетал Маркарян.

— Да очень просто. В доме напротив жил крупный бизнесмен, которого киллеру заказали. Киллер денно и нощно наблюдал за окнами клиента, выискивая тот самый единственный момент, когда можно будет выполнить свою работу, спустив курок. А как еще можно изыскать такую возможность — постоянно торчать напротив окон того, кого тебе заказали, не привлекая к себе внимания? Киллер принял весьма свежее решение.

Кстати, все составные части винтовки с оптическим прицелом входили в конструкцию инвалидной коляски. Убийца просто отсоединил их и быстренько собрал оружие. Вот такой догадливый малый. Он потом удрал за границу.

— И вы, Женя, думаете, что этот тип, который поселился со мной на одной лестничной клетке, он тоже… может быть… вот этим самым?..

— Вряд ли, — покачала я головой. — В приведенном мной примере киллер совершенно не светился.

Вел себя очень грамотно. Сложно предположить, что этот парень с дурацкой лампой стал бы описывать подробности преступлений… в особенности тех преступлений, которые еще не состоялись.

Маркарян зашлепал губами и наконец выговорил:

— Я уже подумывал о том, что он… что…

— Прорицатель? — усмехнулась я. — Сразу вспоминается случай из истории. Иван Грозный трижды подносил Василию Блаженному кубок вина, а тот его трижды выплескивал. Царь разгневался.