Работа над ошибками (СИ)

Смотрели, как апрельское утро медленно вступает в свои права, высвечивая бледнеющее небо…

Потом завтракали, дурачились подростками. Я не привыкла по утрам есть. Выпивала чашку кофе и все. Иван решил изменить существующий порядок. Дожидался, когда мой рот по каким-либо причинам приоткроется. Сразу пихал туда кусочек хлеба с колбасой и накрывал своей тяжелой, горячей ладонью, чтобы не выплюнула. Я давилась. Вынуждена была глотать. И мы хохотали. С трудом расстались. Каждому надо было на работу. И оба изрядно опаздывали.

Если не считать страха встретиться со все уже понимающим сыном лицом к лицу, то можно смело сказать, что я просто парила по школе, распространяя вокруг себя нестерпимое сияние счастья. Школьный народ расступался, давая мне зеленую улицу для свободного парения, и, недоумевая, глядел в след. Татьяна при встрече заметила, улыбаясь:

— Что-то ты сегодня легка. Перо вставить, так и полетишь.

Чудачка! Я уже летела. Димка смотрел на меня издалека. Близко не подходил. Проявлял тактичность. Но при этом мой маленький змееныш понимающе улыбался.

В тот день у нас была очередная планерка. Еле ее отсидела. Ни с кем не спорила, не ругалась, никого не задирала. Но зато никого не видела, ничего не слышала. Сразу после планерки рванулась домой. Не стала курить с Татьяной. Торопилась. Нужно же по магазинам. И ужин для своих мужчин изобрести. И квартиру прибрать.

Никогда, наверное, я не занималась домашними делами с таким вдохновением. Чтобы Димка надо мной не подсмеивался, выгнала его на улицу.

Но Димка тоже не дурак. Перехитрил меня. Дождался отца на улице и вернулся вместе с ним.

Когда в дверь позвонили, я бросилась открывать. Думала встретить Ивана так, как ему хотелось бы. Открыла дверь и сникла. Рядом с Иваном стоял Димка. Ну, вот. Ни обнять Ивана, ни поцеловать, ни сказать, как соскучилась за день. Я посмотрела на Димку убийственным взглядом и сделала шаг назад, освобождая им дорогу.

— Только не говори мне: «Здравствуй, Иван», — предупредил ядовитый скорпион с серо-синими глазами, пропуская вперед сына. Шагнул вслед за Димкой. Протянул руку и, ухватив меня за бок, подтянул к себе. Впился губами, как клещ. Димка сдавленно хихикнул, стрельнул в нас глазами и скрылся на кухне. Загремел там крышками. Я еле вырвалась. Зашипела гадюкой:

— Честное слово, Ванечка, убью за такие вещи.

— Давай, — он согласно кивнул и снова поймал меня.