Рад, почти счастлив…

Оля рассказала, что много работает, что, хотя у неё и есть жених Владимир, думать о личной жизни ей некогда, потому что надо делать карьеру. Надо, надо трудиться, обретать независимость, продвигаться по службе, хоть она и знает, что настоящее её предназначение когда-то было в другом. «Мало ли что было, – заметила она. – Это только ваш Иван – бездельник по призванию. У него к этому дар, и в этом его, как пьяного, Бог бережёт. А нормальным людям надеяться не на кого».

– Ну, всё – мне пора! – встав из-за стола, сказала Оля.

 – Меня Макс ждёт. Я опять его обманула. Я ему всё время вру. Обещала, что куплю батарейки для машинки. Может, у тебя есть батарейки? – обратилась она к Ивану. – Я вообще-то за ними и пришла.

– Батарейки? – произнёс Иван и огляделся. – Батарейки… А какие?

– Две пальчиковые. Две у нас есть, а надо четыре.

Иван побродил по комнатам и, вытряхнув из какого-то пульта, отнёс Оле. – Они нормальные должны быть. Мама недавно меняла, – объяснил он.

– Я вот эти сказки для бедных ненавижу – батарейки из пульта вытряхивать! Сказал бы – нету! – отчитала его Оля, кладя батарейки в сумку.

– У Оли есть несколько любимых выражений, которыми она меня бьёт, – объяснил маме Иван. – «Сказки для бедных», «Абсолютно оторван от жизни», потом ещё что-то было…

– «Буржуазные заблуждения», – подсказала Оля.

– Да! – обрадовался Иван. – «Буржуазные заблуждения»!

– Ну, пока всем! – сказала Оля, подхватила сумку и, зажав под мышкой пальто, вышла вон.

Иван ласково, безо всякого удивления, посмотрел ей вслед, взял пакеты с продуктами и понёс на кухню.

– Странная девица! – сказала Ольга Николаевна. – Пришла, развела грязь, держала себя нелюбезно, а уйти – ни в какую! Просидела целых полчаса. Влюблена она в тебя что ли?

– Она очень много работает, мама, – отозвался Иван. – Ей надо кормить сына и всю семью. Притворяется чёртом с рогами и, наверно, правильно делает. Знаешь, как у боксёров – живот должен быть каменный, чтобы держать удар. Я ей предлагал шикарную должность: часа по четыре в день обзванивать фирмы – ну, с нашей звукоизоляцией.

У неё была бы куча свободного времени. Денег правда поменьше, чем у неё сейчас получается. Но, по-моему, можно бы жить…

– А какие у неё стали рыжие волосы! – припоминая, сказала Ольга Николаевна. – И совершенно прямые. Надо же – так странно поседеть! Но с чёрным пальто хорошо.

– Мне кажется, мама, – вдруг с сердцем прибавил Иван, – где-то у неё какой-то сильный спазм. Мне так кажется.