Радиоактивная война

Кольцов, который по своей привычке размышлял о возможности противодействия пиратам, когда пистолеты надежно спрятаны в тайнике, а ружья для подводной охоты разряжены, внезапно вернулся в действительность. Он вовремя сообразил, что настало время его «выхода».

– Я телохранитель бизнесмена Серафима Зубанова, – подняв глаза на диверсанта, глухо проговорил Кольцов. – А это его друзья, с которыми он отдыхал в Африке. В Марсель он приехал раньше, предупредив нас, что остановится на вилле своего старинного друга Виктора Осьмухина.

И еще добавил, что, возможно, они отправятся в морское путешествие, а мы должны следовать за ним до поры до времени. Сказал, что это будет сюрприз. Вот мы и выполняем его распоряжение.

– Бред какой-то, – произнес второй диверсант, с недоверием глядя на сыщика.

– Очень часто правда бывает похожей на бред, – не поддержал его старший. Дальше, не поворачивая головы, он распорядился: – Я выйду, надо кое-что выяснить, а ты глаз с них не спускай.

Второй фрогмэн шагнул вперед, держа «кольт» на уровне груди.

Отсутствовал старший несколько минут, вернулся все с тем же отрешенным выражением лица.

– Придется, господа, вам какое-то время побыть в нашем обществе. Сколько на этом лайнере кают?

– Две, – поспешно ответила Софи, – капитанская и матросский кубрик.

– Прекрасно, – продемонстрировал зубы боевой пловец. – Мы займем каюту, а вам придется разместиться в кубрике. И думаю, лучше этот процесс не затягивать. Так что, прошу.

Кубрик команды был рассчитан на четыре койки, хотя на самом деле оказался теснее железнодорожного купе.

Ночевавший здесь Малкин чувствовал себя вполне вольготно, но вот втроем явно придется потесниться.

– Что будем делать? – укладываясь на нижнюю полку, спросила Софи.

– У нас в таких случаях говорят «утро вечера мудренее», поэтому предлагаю укладываться спать, а дальше посмотрим, – Глеб легко заскочил на верхнюю полку, уткнулся лицом в подушку.

Американец по своему обыкновению немного поворчал и послушно улегся напротив бывшей подруги.

Находиться в плену морских разбойников романтично только в приключенческих романах, в настоящей жизни это мало приятно.

В кубрике наступила тишина, никто не сопел, не вздыхал в кромешной темноте. Явный признак того, что никто из присутствующих не спал.

Неясный шум за дверью также прекратился. Вскоре приглушенно заработал двигатель, и яхта плавно тронулась с места, управляемая компьютером.