Радость пирата

Ванда поманила Алекс пальцем, и, замирая от страха, Александра пододвинулась ближе, благодарная Майлзу за то, что он, опустившись на циновки позади, придерживал ее за талию.

Ванда бормотала слова, которые Алекс не могла разобрать. Вдруг она схватила Алекс за руку, и девушка отшатнулась в испуге. Однако старуха оказалась сильнее, чем можно было предположить. Она прикрикнула на Алекс таким тоном, что та невольно повиновалась. Глаза двух женщин, молодой и старой, встретились, и Александре вдруг показалось, что старуха совсем не страшная, а просто мудрая старая женщина.

По велению Ванды Алекс и Майлз положили руки друг другу на живот.

Накрыв их руки своими, Ванда закрыла глаза и сосредоточилась. Она медленно раскачивалась, нараспев что-то говоря, и только ток, вдруг пронзивший Алекс, удержал ее от усмешки. Наверное, со стороны вся процедура выглядела каким-то дурацким фарсом.

Что-то непонятное как будто ощупывало изнутри, касаясь самых сокровенных уголков тела и души. Александре было не по себе. Вдруг все прекратилось, и старуха бессильно уронила руки.

Визирь помог пророчице подняться на ноги. Тишина казалась невыносимой, но все молчали. Хозяйкой здесь была Ванда, и она должна была вести спектакль. Прошла целая минута, прежде чем Ванда, глядя на Рука, сделала свое предсказание. Она говорила медленно и напевно. Бросив последний взгляд в сторону Алекс и Майлза, она повернулась и пошла к выходу. Алекс показалось, что она выглядит еще более старой, чем когда вошла в шатер. Странно, что она вообще могла ходить.

— Ну что, Рук? — спросил Майлз после ухода старухи.

Кросс встал так, чтобы его ненаглядная была позади.

— Ванда говорит загадками, — нехотя сообщил Рук, очевидно, еще не до конца расшифровав смысл сказанного.

— Тогда передай нам ее слова такими, как есть. Алекс беременна?

— Нет, — ответил визирь, покачав головой.

Он видел, как Золотая Птичка, сжав руку Льва, заглянула ему в глаза. В ее взгляде была боль и горечь, которые Рук мог понять по-человечески, но в первую очередь он был визирем и не имел права на жалость.

Если он правильно понял пророчество Ванды, эта красивая женщина — предвестница бедствия, страшной беды, которая коснется их всех.

— Ванда сказала, что Золотая Птичка не несет в себе семя Льва. Пока не несет.

— Пока?

Майлз чуть не подпрыгнул при этом слове, и Алекс с надеждой взглянула на визиря.

— Ванда сейчас скажет принцу, что Золотая Птичка не может быть его невестой, — с непроницаемым лицом сообщил тот.