Радость пирата

Ну, в этом мы с тобой солидарны. Я думаю, проблема здесь глубже, она уходит корнями в те времена, когда ты был в плену у испанца. Но в любом случае я считаю, что для тебя важно будет узнать правду о твоей матери…

— Правду? Что за правду?

— Правду, которую твоя мать хотела сказать тебе однажды. Ту самую правду, которую хотел бы скрыть от тебя отец.

— Не может такого быть, — непреклонно заявил Майлз, содрогаясь от мысли, что некая мрачная семейная тайна скрывалась от него в течение тридцати лет.

— Я знаю, что ты не станешь думать о матери хуже, — сказала Мэдди, по-своему истолковав слова кузена.

 — И Эрик тоже бы понял это, если бы был сейчас здесь. Я думаю, что и он присоединился бы к моей просьбе. Пришло время тебе узнать.

— Что узнать, скажите ради Бога?

Мэдди глубоко вздохнула и, скосив взгляд в сторону, сказала:"

"— Речь идет о том, как на самом деле умер твой дед, Майлз О'Ши.

Майлз Кросс нахмурился.

— Мой дед погиб в схватке с испанским талионом.

— Твой дед был убит, как и твой брат.

— Брат? Боже, о чем вы говорите? — В два прыжка Майлз оказался рядом с Мэдди и, схватив женщину за руку, развернул лицом к себе. — Вы имеете в виду выкидыш, который случился у матери в результате несчастного случая вскоре после того, как они с отцом поженились?

— Это был не несчастный случай, Майлз.

Глядя в его расширенные от ужаса глаза, Мэдди уже успела усомниться в том, правильно ли сделала, решив рассказать Майлзу о том печальном событии. Быть может, он еще не созрел для того, чтобы знать правду.

— Это безумие!

Мэдди кивнула, соглашаясь.

— Времена тогда были безумными, мой дорогой, и я рассказываю тебе это все лишь для того, чтобы ты открыл шкатулку. Твоя мама хотела, чтобы она принадлежала тебе: возможно, еще тогда, много лет назад, она предвидела будущее с материнской прозорливостью и пожелала, чтобы ты извлек что-то для себя из того, что она выстрадала. Если ты хочешь воспользоваться хоть какой-то возможностью, чтобы восстановить отношения с женщиной, которую любишь, заклинаю тебя, открой эту шкатулку.

 — Мэдди смотрела прямо в глаза растерянному, ошеломленному Майлзу. — Прости за то, что расстроила тебя сегодня, дорогой. Поверь, я сделала это для твоей же пользы и еще ради этой прелестной молодой женщины. Мне остается лишь надеяться, что я не совершила ужасной ошибки.

— Боюсь, я ничего не смогу вам ответить, пока не увижу, что представляет собой этот загадочный подарок матери, верно?

— Верно, — тихо согласилась Мэдди.