Рай по завещанию

Напряжение висело в воздухе, словно утренний туман, и большинство мужчин уловили это еще до того, как Иден подошла ближе. Подбородок девушки был гордо вздернут.

– Лейрд Гаскелл, – ей удалось вложить в эти слова и презрение, и насмешку. – Мне нужно поговорить с вами.

Гаскелл сидел на корточках рядом с телкой, чуть поглаживая животное, которое тужилось, желая воспроизвести на свет потомство. Маклин почесал бороду, затем посмотрел на скотника.

– Нужна веревка, – сделал он вывод. – Пора ей помочь.

Пока скотник и другие занялись поисками веревки, Гаскелл встал, скрестил руки на груди, из-под тяжелых век глядя на Иден.

– Гаскелл! – громко сказала Иден, чувствуя, что теряет самообладание. – Я сказала, что хочу поговорить с вами!

– Да, да. – Телка явно интересовала его больше, чем разъяренная невестка.

– Прикажите своему конюшему дать мне лошадь. Сейчас же.

– Нужны потуги, ребята, – лицо Гаскелла оживилось, когда веревку закрепили между досками и, обмотав животное, начали тянуть. – Вложите все силы, ребята.

Иден вновь как будто ударили.

Через секунду теленок выскользнул из чрева матери и шлепнулся на солому. Раздались одобрительные возгласы, грохочущий смех Гаскелла. Он встал на колени, взял на руки дрожащего теленка и поднес к морде телки, чтобы та его облизала.

Он поднял хмурый взгляд на пунцовое лицо Иден.

– Если есть хорошая телка, будет и хороший теленок.

– Что?! – ее глаза округлились. – Что?!

– Я сказал… – он перешагнул через теленка и прошел рядом с Иден.

– Я слышала, что вы сказали, – ее голос был похож на шепот. – И все слышали тоже! – она махнула рукой в сторону увеличивающихся рядов слушателей. Подбежал тяжело дышащий Терранс, его глаза были широко раскрыты. Ему успели доложить о назревающем конфликте.

– Женщина, – Гаскелл нахмурился.

– Мне нужна лошадь, и она у меня будет. Даже если для этого придется кое-что сказать, – она надвигалась на Маклина, в упор глядя ему в лицо. – Гаскелл Маклин, вы редкостный негодяй, пошляк, распутник, грубый, наглый старый козел, который пользуется для утоления своей похоти услугами тех несчастных, что ему служат, – она указала пальцем на свою свиту.

– Придержи язык, женщина, пока я не разозлился, – Гаскелл покраснел, пораженный ее речью.