Рай по завещанию

А у меня были более важные дела…

– Более важные, чем спать с собственной женой?

Это взбесило Рэма. Он двинулся в ее сторону, распугивая блеющих овец.

– Придержи язык, женщина! – Маклин глянул на жену, затем на довольные лица увеличивающейся аудитории. Громкие ссоры – самое интересное событие в Скайлете.

– Я говорю, когда хочу, муж, и что хочу. И люблю говорить правду. Ты думаешь, они ее не знают? – Иден указала на окружающих.

Рэм кипел от гнева.

– Рэмсей. Твой отец назвал тебя Рэмом. Бараном. Он должен был назвать тебя овцой!

Она не знала, что в юные годы Рэму уже приходилось слышать подобные насмешки.

Он резко повернулся, ледяной взгляд заставил Иден отступить назад. Зрители ахнули, раздались крики, когда Рэм пошел на жену, схватил и перебросил через плечо. Кулаки Иден забарабанили по его спине.

Пока он шел по двору и поднимался по лестнице, гнев несколько утих. Терранс и Арло, занятые завтраком, встали, их брови удивленно поднялись. Из своей комнаты вышел Гаскелл, запихивая рубашку за пояс и прогоняя Анни в кухню.

Иден молила о помощи, но взгляд Рэма у любого отбивал охоту вмешиваться.

– Эля! – прорычал Гаскелл, сделав вид, что ничего не произошло. Из всех мужчин в Скайлете Гаскелл лучше всех знал – когда пенится ярость, лучше пены не касаться.

– Я дам тебе то, что ты просила, – прорычал Рэм, не слишком вежливо швырнув ее на кровать. – Но мы должны прежде кое-что уяснить! Я больше не хочу, чтобы подобные отвратительные сцены повторялись! Или собственноручно пройдусь хлыстом по твоему заду, это понятно?

Гнев Иден кипел не меньше, чем ярость Рэма.

– Как ты смеешь, мужлан…

– Тебе ведь нравятся мужланы, дорогая. Иначе ты бы не провоцировала меня, – лицо Рэма оказалось так близко, что Иден ощутила идущий от него жар. – Я делал все, что в моих силах, чтобы относиться к тебе с достоинством и уважением, с которым должно относиться к жене.

– Да? – она оперлась на локти.