Рай по завещанию

На следующее утро леди явились точно в десять часов, в десять пятнадцать Иден спустилась по лестнице, чтобы присоединиться к компании. На ней было шелковое платье небесно-синего цвета, без зауженной талии, которое она купила в Эдинбурге. Черити уложила ее волосы потоком локонов, а кожа светилась здоровьем. Она вошла в гостиную, удивив гостей матери до того, что те замолчали, вытаращив глаза. При виде наряда дочери Констанция подавила вздох облегчения.

– Иден, дорогая, ты, конечно, помнишь Милли Перкинс, Эдну Кастенс и Шарлотту Ллойд…

– Конечно, помню.

Как приятно увидеть вас, леди, – Иден неловко уселась на стул с прямой спинкой, ей удалось держаться спокойно под изучающими взглядами.

– Ах, Констанция, ты приготовила нам сюрприз! Милая Иден приехала навестить семью, – было видно, как в голове Милли Перкинс заработал часовой механизм.

– Откровенно говоря, это и для нас было сюрпризом. Мы так рады!

– А где же ваш красавец муж? – в глазах Милли танцевала радость, что она первой задала такой пикантный вопрос.

– Он… – суетливо начала Констанция.

– …еще в Шотландии, – закончила Иден, смело встречая взгляд миссис Перкинс. – Семейные дела, знаете ли. Я приехала первая.

– И в такое беспокойное время, – глаза Милли были прикованы к животу Иден. – Это связано с декларацией о войне?

Констанция встала, увидев откровенное любопытство в глаза гостей. Она начала разливать кофе, но руки дрожали.

– Мы пересекли океан без инцидентов, совершенно спокойно, в самом деле, – Иден ощутила желание что-нибудь, выкинуть, видя, как побледнела мать.

 – Я считаю, что путешествие позволило мне расширить жизненный опыт, – она посмотрела на свой живот и улыбнулась, довольная замечанием.

Три дамы разразились смехом, а Констанция покраснела, сердито взглянув на дочь. Иден грациозно взяла предложенную чашку. Гости осведомились о ее здоровье, лукаво прозондировали причины путешествия в Бостон в таком критическом положении. Иден восхитительно ответила на все вопросы, используя доверительный тон, хотя доверять было нечего.

Она заняла их живым описанием людей и портов, начала рассказывать о Бладе Бакли и его экипаже, приводя некоторые подробности.

– Что только он мог выделывать своим крюком! – упомянула она даже такую деталь.

– Дене! – уничтожающим взглядом Констанция запретила продолжение рассказа и поднялась.

– Мы не должны утомлять тебя, дорогая. Мы сами матери и прекрасно понимаем, как тебе необходим отдых.