Рай по завещанию

 – Мисс Марлоу, мне казалось, вас зовут Иден.

– Это ласковое прозвище брат придумал мне в детстве, – вежливо ответила девушка.

– Прозвище, – казалось, лорд Рэмсей что-то обдумывает.

– Оно образовано из…

– Джеймс! – оборвала брата Иден.

– Из чего? – шотландец заинтересованно поднял брови.

– Девочка, – в улыбке Джеймса засияло все его мальчишеское обаяние. Он нежно сжал руку сестры. – Видите ли, наши родители были ужасно рады, когда родилась девочка – после того, как на свет появились трое ужасных, несносных мальчишек.

Может быть, они знали, что дочь будет очаровательной молодой женщиной – и назвали ее «девочка на счастье», – он улыбнулся, словно поддразнивая Иден. Девушка попыталась скрыть смущение.

– Да, – лорд Рэмсей, глядя на нее, чарующе улыбнулся. – Она действительно девочка для счастья.

У Иден перехватило дыхание, лицо заалело. Но всем за столом понравилось замечание шотландца, и мужчины одобрительно загалдели, говоря о счастье, как о награде за заботу, а он чуть ли не в лицо обзывает ее шлюхой! В этот момент Иден показалось, что все мужчины заодно – несмотря на родственные связи, единство сильного пола против слабого для них важнее!

Во время ужина Иден была вне себя от гнева.

Шотландец прекратил свои выпады и говорил мало. Но стоило ему заговорить, как все замолкали, внимая его глубокому, мелодичному голосу, словно ожидая жемчужин мудрости. Болезнь сделала его и без того интригующий голос более драматичным, и Рэмсей, казалось, это знал. К своему ужасу, Иден заметила, что ее глаза самым предательским образом смотрят в сторону Маклина, и девушке приходилось все время думать о том, чтобы глядеть в другую сторону.

Придя в каюту, Иден буквально упала на постель и зашептала проклятия, от которых седые волосы миссис Данливи встали бы дыбом.

Следующий день был не лучше. Завтракали в каютах, но после завтрака все вышли на палубу. ОН был там, его чертова юбка развевалась на ветру. Иден попыталась избежать общения и остановилась поговорить с доктором, мистером Джозефом и первым помощником капитана Мэллори.

Но ОН подошел. Девушка уголком глаза видела, как ветер овевает его полуголые ноги, а рубашка на сильных плечах бьется, словно парус. Он молча наблюдал за ее попытками избежать его взгляда, только иногда ухмылялся.

А потом еще Джеймс начал разговор с шотландцами. Он беседовал на какие-то свои темы – брат явно никогда не говорил о подобном с сестрой.