Рай по завещанию

Руки Иден скользят по его телу – нежные пальцы касаются упругих, сильных мышц. Его тепло передается ей вместе с поцелуем. Время остановилось. Остались только они – двое, затерянные в тумане страсти. Его губы нежно щекочут шею, добираются до груди.

Легкая рубашка задралась, и он спешит завоевать те два пика, которые воздвигло для него тело Иден. Они дрожат от его прикосновений, он ловит ртом розовые вершины, и огонь пробегает по телу девушки.

Иден уже жаждет, чтобы он овладел ею, и в ответ на свое желание, ощущает тяжесть его тела.

Между бедрами горит огонь. Она желает близости этого сильного, красивого мужского тела, подается навстречу, и его естество скользит в ее лоно.

– Черити! – Джеймс подозвал служанку, спешащую по коридору второго этажа. – Это для Иден? – он кивнул на серебряный поднос с завтраком, накрытый салфеткой.

– Я сам отнесу, – несмотря на протест, он взял поднос из рук служанки. – Мне нужно с ней поговорить, и чем скорее, тем лучше. Иден сердится на меня со вчерашнего вечера.

– Хорошо, сэр, – Черити кивнула. – Пусть все помирятся до того, как взойдет солнышко, – она оправила фартук. – У меня много хлопот по дому.

Ботинки застучали по полу, затем вниз, по лестнице. Джеймс расправил плечи и направился к дверям Иден, уголком глаза отметив, что Итон вышел из своей комнаты.

Поддерживая согнутой рукой поднос, Джеймс положил руку на ручку двери, сквозь которую доносились приглушенные звуки. Сосредоточившись на том, чтобы не уронить поднос и размышляя, как подавить возможный гнев сестры, он открыл дверь, строго следя за качавшимися под салфеткой чашками.

– Дене! Будь ласкова! Нам нужно погово…

Он застыл при виде того, что предстало его взору. В середине кровати под балдахином сплелись два тела, доносились приглушенные стоны. Машинально Джеймс рванулся вперед, затем неожиданно застыл в растерянности, глаза вылезли из орбит. Мужчина, голый мужчина… на Дене!

Поднос выскользнул из рук, осколки фарфора разлетелись по комнате, кофе разлился по полу.

Звук заставил человека, увлеченного страстью, поднять лицо. Он ослабил хватку, и голова Иден метнулась в сторону. Она простонала:

Джеймс, наконец, понял, кто перед ним – Рэмсей, его друг… его сестра… Предательство!

– Черт тебя подери! – Джеймс рванулся вперед. Рэм откатился от Иден на дальний край кровати. Даже в бледном утреннем свете итоги его горячей страсти были очевидны.