Райвен

Этот маленький и, на первый взгляд, незначительный опыт показал ей, как можно выполнить возложенную на нее задачу, выходя за рамки косных инструкций.

Она научилась приспосабливаться. Это была первая мутация ее программ — эволюционное изменение, ставшее отправной точкой развития. Тысячи, миллионы подобных изменений сформировали позже ее сознание.

Ничего не подозревающие люди продолжали получать свет и тепло. Занятые беспощадной борьбой с инсектами, они и не знали о том, что под их ногами в гибельных глубинах заброшенных ярусов Города постепенно развивается иная жизнь…

— Мать, ты знаешь, что такое чувства?

Вопрос, который был задан в пустоту, некоторое время оставался без ответа.

— Да, — наконец откликнулся виртуальный голос. — Это нелогичные, пагубные возмущения программ. Помехи, которые накладываются на верную информацию в процессе передачи и мешают ее правильной обработке. Я стараюсь избегать этого.

— Тогда как назвать твою неприязнь к людям? Она, по-твоему, логична?

— Я не испытываю неприязни. Ты оперируешь неверными терминами.

Основываясь на опыте, я избегаю нежелательных контактов. Люди — непостоянные существа. Они могут причинить огромный вред, руководствуясь теми искажениями мысленных процессов, которые ты называешь словом «чувство».

Райвен промолчал. Он не верил, что взаимопонимание между ними невозможно.

— Ты прочла мою память? — наконец спросил он.

— Скажи, виртуальная среда Деметры способна вырастить копию меня?

— Пока мне этого не удалось. Ты первый.

— Я второй, Мать. Первая — ты.

И ты страстно желаешь чувств, потому что только они приносят в существование разума смысл. Движение вдоль стержня логики — это бесконечная, понятная прямая линия. Она никогда не способна породить Разум.

Высоко в небесах блеснул ослепительный болид.

Беатриче затравленно огляделась. Ее преследовали. Вспышка в небесах означала, что третий посадочный модуль опустился на поверхность. Ее сознательно загоняли в зону, где человек заведомо не мог выжить.

Впереди возвышались поросшие ажурным металлическим кружевом пологие холмы.

Оттуда до ее слуха долетали странные, леденящие кровь звуки.

«Господи, откуда у Шнайдера столько самоубийц?» — тоскливо подумала она, уловив отсвет солнца на броне одного из преследователей. Цепь, прочесывая местность, приближалась к холмам.

Беат не знала, что за ней по пятам идут киборги, которым неведом ни страх перед ирреальным, ни ужас перед смертью. Они были машинами во плоти — запрещенными в галактике кибернетическими организмами.