Райвен

На пульте управления Райвена горел один-единственный крохотный огонек, под которым мерцала зловещая надпись:

В следующую секунду страшной силы взрыв потряс приземистые здания грузовых терминалов.

В рубке управления патрульного бота взбешенный полковник, глядя на бесформенные, потерявшие всякий практический смысл уродливые останки, склонился к микрофону.

— Найдите мне капсулу катапульты! Немедленно! — прохрипел он. — Если пилот умрет, я с вас шкуру спущу!

Помещение, куда привели Беат, оказалось самой тривиальной комнатой для допросов.

Голые серые стены, пластиковый стол, два стула и неизменные зрачки видеокамер по углам. Впрочем, ничего другого она и не ожидала.

Напрягаться, чтобы придать себе безразличный вид, ей не потребовалось — Беат чувствовала себя настолько погано, что любые эмоции терялись на ее бледном, изможденном и осунувшемся лице. Ну, а лихорадочный блеск глаз молодой женщины можно было принять скорее за безумие, чем за волнение…

За столом сидел тот самый человек, что был повинен в смерти Райвена, — это она определила по голосу, как только полковник заговорил, сухо и отрывисто, словно рвал на клочки лист бумаги:

— Меня зовут Отто Шнайдер.

Мы с вами уже имели удовольствие встречаться несколько месяцев назад… надеюсь, помните, мисс Блейз? — с издевкой произнес он.

Беат подняла голову, зло посмотрев в пустые, рыбьи глаза своего тюремщика.

— У меня есть личный адвокат, — отрезала она.

— Я уже сообщила вашим людям его электронный адрес.

— Я в курсе… — Полковник выразил ровно столько же эмоций, сколько и стол, за которым он восседал. — Боюсь, что вы, мисс, не до конца отдаете себе отчет, куда попали…

— Разве вы не представились? — попыталась съязвить она, в то время как холодные мурашки предательски пробежали по ее спине.

— Это была маскировка… — развел руками полковник, подтвердив самые худшие опасения Беат. — Мы считали, что вас способен вразумить официальный статус операции.

— Ваши аналитики зря едят свой хлеб, — отрезала Беат. — И вы, полковник, тоже. Я буду говорить только в присутствии своего адвоката.

— Не зарывайтесь, мисс Блейз, — голос Шнайдера остался спокоен, но холодные льдинки, застывшие в его глазах, свидетельствовали о том, что этот человек не настолько бесстрастен, каким хотел казаться. Вероятно, он очень старательно держал себя в руках.