Отдёрнуть руку. Вспомнилось, как в Ордене она резким движением оторвала от кожи ткань, присохшую к ране. И сейчас хотелось так же: чтобы демон сделал всё быстро и без лишних прелюдий, а не мучил ожиданием неизбежного.
Поцеловав её ладонь, Велар поднялся. Ева переступила через одежду и вошла в воду, полностью обнажённая, уязвимая, как никогда. Замерла, опустив руки по бокам. Зажмурилась, обречённо прислушиваясь к шороху ткани: Велар торопливо раздевался. Звякнула пряжка ремня. Раздались шаги.
Ева попыталась отрешиться от происходящего.
Вода в бассейне, обжигающая, доходила до груди. Волосы повлажнели от пара и завились кольцами. Тишину нарушил короткий всплеск. Демон приблизился. Провёл мыльной губкой от её плеч к ягодицам. Легчайшие прикосновения, от которых тело становилось деревянным. Кукла — вот, кто она.
— Вы мне позволите?
Вопрос был формальностью, реверансом в сторону растоптанной гордости. Разве могла девушка отказать? Остановило бы голодного, возбуждённого демона её «нет»? Жалкая иллюзия выбора, возможность обмануться, представить, что она по-прежнему свободна в желаниях.
Неужели, если она скажет «да», происходящее перестанет быть изнасилованием?
Велар прижался сзади. Спиной Ева ощутила твёрдые грудные мышцы, жар сильного тела. В бедро ткнулась горячая плоть.
— Я так скучал, — прошептал демон, оплетая её руками, заключая в живой кокон. С тихим вздохом зарылся лицом в её волосы, поцеловал в основание шеи. — Так вас люблю.
Ева закрыла глаза, стиснув кулаки.
— Единственная, желанная.
Подчиняясь настойчивой руке, она прогнулась и опустилась грудью на бортик бассейна. Попыталась расслабиться. Пальцы, мужские, твёрдые, раздвинули ягодицы, прошлись по расселине, задевая стыдное место и чуть надавливая.
«Что… что он делает?» — Ева дёрнулась, но властная рука легла между лопаток.
— Тихо, — демон выцеловывал позвонки на её спине.
Пальцы скользнули ниже, в трепещущее отверстие. Сразу два. Заполнили её, узкую, отвыкшую, до предела. Раскрыли.
— Снова, как девственница, — простонал Велар.
Раньше, благодаря ежедневным визитам мужа, она была растянута, заточена под его размер. Целый год у неё никого не было. Внутри ощущалось лёгкое жжение. Ева шире расставила ноги и с глубоким вдохом спрятала лицо в сгибе локтя.
— Хочу раскрыть вас, — три пальца проникли в лоно, большой массировал клитор круговыми движениями.
«Нет… пожалуйста… это слишком».
Отверстия коснулась крупная головка.
Девушка закаменела. Природа одарила демона чрезмерно.
