Рандеву на границе дождя

Дальше шла вереница их прежних диалогов, причем выбраны были именно фрагменты, свидетельствовавшие о любовных отношениях.

Руслан передернулся, будто угодил во что-то липкое и жирное. Нет, такого он не мог бы учудить даже под наркозом, даже в дико пьяном состоянии, хотя бы из природной брезгливости.

Но факты недвусмысленно свидетельствовали, что это писал он.

Руслан пришел со службы хмурый, весь вечер просидел у себя, а потом вдруг предложил ехать за последними грибами. Анна Спиридоновна с энтузиазмом поддержала этот проект.

Макса официально не звали, но, краем уха услышав, что Христина тоже едет, он отбросил вежливость и пригласил себя сам.

Дача Волчеткиных представляла собой старый, обветшалый дом в небольшой деревне. Толстые бревна сруба в одном углу начали гнить и просели, домик ощутимо покосился, крыша прохудилась, тяжелая входная дверь больше не прилегала плотно к косяку и не держала тепла.

Единственная комната с низким потолком и бревенчатыми стенами, серыми от старости, и русской печкой, занимающей половину всего пространства, выглядела мрачновато.

Максу даже стало немного не по себе, и, почувствовав, что Христина тоже растерялась, попав в эту избушку Бабы-яги, он поймал ее взгляд и улыбнулся.

Быстро выпив чаю и переодевшись, компания двинулась в лес. Макс страдал от того, что в старом камуфляже дяди Романа выглядит как последний бомж, особенно по сравнению с Христиной, которая смотрелась очень красиво в джинсах, красных резиновых сапогах и шелковой косынке. Она шла немного впереди вместе с Анной Спиридоновной, помахивая корзинкой, а к поясу был привязан бидон, на случай, если вдруг попадется клюква или брусника.

Миновав полосу мрачного и сырого старого бора, они вышли в редколесье. День выдался солнечным и теплым, но дыхание ночного заморозка еще чувствовалось в воздухе. То сверкнет в лучах солнца иней на листьях болотной травы, то хрустнет под ногой почти невидимая корка заледеневшей воды. Деревья росли молодые и тонкие, березы и какие-то еще, с тонкими серыми стволами.

Листья с них опадали, покрывая изумрудный мох кочек золотистой россыпью, но много еще оставалось на ветках, и они шелестели еле слышно в безветрии.

Где-то здесь, под листьями, притаились грибы, но Макс не очень хорошо умел их искать. Поэтому, дождавшись, пока все разойдутся на расстояние «ау», он сел на поваленное дерево и подставил лицо мягким лучам осеннего солнца. Так приятно было знать, что Христина рядом, ходит где-то здесь, и можно позвать ее.