Рандеву с водяным

То ты плачешь в три ручья, то смеешься. Ничего не понимаю.

— И не надо, — заверила ее Мариша, снова набирая номер, тыкая пальцами в кнопки телефонного аппарата.

На этот раз она звонила детективу. К телефону подошла девушка. Верней, девочка. И пролепетала, что папы нет дома. Но есть бабушка. А папа вернется скоро. Он вышел в магазин за хлебом.

— Я хочу знать, в чем дело! — настаивала Тамара Ильинична.

— Ни в чем, — ответила Мариша. — Мы ищем одного детектива, которого одна наша знакомая наняла следить за своим мужем и одной девицей.

— Ну и что? — не поняла Тамара Ильинична. — Вам-то он зачем?

— А затем, что клиентка его в тюрьме, муж ее убит, и та девица, из-за которой и начался сыр-бор, тоже мертва. Вот мы и хотим наведаться к этому Григорию Андреевичу и выяснить, не мог бы он пролить свет на это запутанное дело.

— А почему этим делом не занимается милиция? — с подозрением спросила Тамара Ильинична. — Зачем вам впутываться в него?

— Нашей милиции за глаза хватает одной подозреваемой, — ответила Мариша.

 — Той самой клиентки нашего детектива. Они ее арестовали и очень собой довольны.

— А вы, напротив, уверены, что эта женщина не виновата? — спросила Тамара Ильинична.

— Во всяком случае, нам нужны доказательства ее невиновности, — сказала я.

— Ну тогда, конечно, нужно вам поехать к этому Григорию Андреевичу и поговорить с ним. Он должен вам хоть чем-то помочь. Но дайте мне адрес и телефон этого человека.

— Зачем? — хором спросили мы.

— Ну как же, — пожала плечами Тамара Ильинична.

 — Мариша у меня единственная дочь. А раз тут пошла такая волна, что всех убивают, то… То я хочу иметь хоть какой-то ориентир, где вас искать, если вы пропадете.

— Мама, мне не три годика, — попыталась возразить Мариша.

Но все было напрасно. Нас выпустили только после того, как мы выдали Тамаре Ильиничне требуемый адрес и телефон. После этого мы смогли отправиться по своим делам. Когда мы подъехали к дому, где жил детектив, был уже вечер. Очень темный вечер. Григорий Андреевич жил в старом жилом фонде в самых жутких домах Лиговки.

Жутким дом выглядел оттого, что одна его стена была напрочь лишена окон. Просто глухая кирпичная кладка, местами поврежденная к тому же.

Подъезд дома тоже не радовал. Домофон не работал, а лестница была узкой и чудовищно грязной. По ней разве что крысы не бегали. Хотя, может быть, и бегали, просто мы их не увидели. Григорий Андреевич жил на четвертом этаже, всего в доме было пять этажей. Но лифта не было.