Ранг неизвестен

Завеса расплывается, будто от ударов, вновь вспыхивает, но сквозь нее успевает проникнуть что-то, имеющее форму… от которой мгновенно заболела голова и моментально вспомнилось прикосновение к проснувшейся Твари из-под печатей Наблюдателя в пещере. Многорукая и длинная, как змея, да еще будто распадающаяся на лету, словно сознание не могло подобрать форму и судорожно перебирало подходящие. Неужели это и есть… Тварь Извне?

Семь ярко-голубых искорок — увеличивающихся, стремительно идущих на перехват! Я мог рассмотреть каждого — похожие на крылатых архангелов, где каждое перо в крыле — синее пламя! И мгновенно вспомнил появление небо-стража Ордена Истинных — несомненно, это были подобные ему существа.

Или, может, он сам — тот, что говорил со мной в дрейф-цитадели?

Крылатые воины догнали изменчивую тварь — комары на фоне дракона… А вот то, что происходило дальше, было сложно описать имеющимися у меня словами. Это было столкновение принципов реальности — упорядоченности и хаоса, структуры и ее отрицания.

Несомненно, Руны, но какие? Тварь трансформировалась, схлопывалась, будто ускользая в другое измерение, и выпускала потоки черных «камней», от соприкосновения с которыми на мгновение тускнела аура крылатых воинов. Но каждый маневр семерки был точен и выверен, как движения виртуозно освоивших выступление танцоров. Они не просто сражались — Истинные создавали сложный энергетический узор в пространстве, каждый виток которого все ощутимее сковывал противника.

Тварь, кажется, понимала их стратегию и искажалась все сильнее, выбрасывая кошмарные отростки, которые стремились достать Истинных.

Но они были быстрее, на шаг впереди, предугадывали действия противника с почти сверхъестественной точностью. Невероятное мастерство — как пилот, я был просто заворожен их слаженностью и искусством. Ни один земной аппарат, включая альфа-вингеры, не смог бы повторить такого…

Стянутое мерцающим коконом существо менялось все сильнее, пока наконец не обрело… плоть⁈ Его… вытащили в реальность? В то же мгновение вспыхнули солнечные копья, разорвавшие тварь на несколько частей, а один из Истинных, кажется, сам превратился в ослепительный клинок, пронзивший ее насквозь…

Тварь распалась.

Обратилась в медленно гаснущие клочья, искры, падающие и тающие в пустоте. Истинные, совершив круг почета, с той же виртуозной слаженностью перестроились и вновь устремились к фрактальной завесе, и опять в глаза бросилась ее грандиозность.