Ранг неизвестен

Сегодня мы не могли навестить сородичей Лэндо, но я не удержался, слегка покачав крыльями одному из отрядов Людей Трав, замеченному рядом с огромными стадами тауро. А затем вокруг начало медленно, но неумолимо темнеть — мы входили в преддверие теневого радиуса, все больше отдаляясь от Древ.

Море Трав внизу понемногу истончалось, превращаясь в покрытую седыми, словно высохшими травами равнину, а затем — в пустошь, где растения походили на сухопутные водоросли, светящиеся в сумраке множеством странных глаз.

Так далеко от фригольда мы еще не забирались — да, я бывал на самом краю Пасти, но большинство землян никогда не углублялись в гибельные Земли Теней.

Голоса фригольдеров утихли, бойцы копья тревожно вглядывались в обзорные экраны, тем более что мы снизили скорость и высоту. А через некоторое время на горизонте появилось нечто, что заставило меня тревожно свериться с картами.

Оно походило на четкую черную линию, неожиданно поднявшуюся над границей чернильной тьмы.

И чем ближе мы подлетали, тем выше оно поднималось — прямое, четкое, тянущееся в обе стороны насколько хватает глаз и бесконечно, бесконечно огромное.

— Стена, командир, — ровно произнесла Фьюри. — Несколько раз их видела, но все равно впечатляет.

Да уж — колоссальных размеров объект! Видимый с огромного расстояния — Скай определила высоту этой конструкции не менее чем в две с половиной тысячи метров, что потрясало воображение.

Подобная исполинскому горному хребту Стена рассекала горизонт, древняя и несокрушимая граница октагона, именно в этом месте близко подходя к пределам Круга. Для аборигенов Единства — конец мира, ибо такие Стены, как говорил Белый Дьявол, делали каждый октагон замкнутым пространством, отдельной вселенной со своими Народами и законами. Причем пространством огромного масштаба: если экстраполировать карты, наш Круг занимал лишь часть прежнего октагона. Остальные Стены и Башни скрывались во Тьме — лишь циклов через сто, когда Игг-Древа разрастутся и дадут новый свет, мы приблизимся к их границам. А ведь в Единстве тысячи тысяч таких октагонов…

У меня вновь захватило дух от грандиозности этого мира. Даже «Хельга», венец земных технологий, была песчинкой на фоне астрономической конструкции, когда-то возведенной нашими далекими потомками.