Расческа для лысого (СИ)

Голая ножка изгибается, коленка подтягивается вверх. Тихий стон. Нежный такой, сонный. Сладкий.

И все. Меня подбрасывает вверх, тянет к ней. Похер на все логические выкладки, на то, что мне, вообще-то, надо бы продумать схему дальнейших действий. Похер.

Я падаю на кровать, разом накрывая тонкое тело. Разворачиваю к себе. Убираю волосы с лица. Она играет, не открывает глаз. И ножки пытается вытянуть, сомкнуть. Но я решительно, сука, протестую. Легко устраиваюсь между тонких гладких бедер, трогаю пальцами нежную кожу.

Щеки, скулы, подбородок. Губы. Красивая, сладкая девочка.

Ну давай. Хватит играть уже. Открывай глаза.

Голос мой низкий, больше похожий на сип, на последних звуках хрипит. Блин, услышал бы где-нибудь в темном месте, точно решил бы, что зомбак по мою душу идет. Но сейчас я такой и есть. Чертов зомби, которого тянет к нежной плоти. Так тянет, что сглатываю голодную слюну.

Открывай глаза, малех. Сожру ведь сейчас.

И она, словно услышав мою мольбу, распахивает ресницы.

И я охереваю в который раз уже. У нее, оказывается, зеленые глаза. Я думал, серые. Но нет, зеленые. Причем, зелень болотная, как топкая трясина. И вообще, опять у меня с ней такие сравнения. Ну, а куда деваться. Если смотрю, и утягивает. Все, удачливый, все. Не туда твоя удача тебя привела…

Она хочет что-то сказать. Наверняка, что-нибудь дерзкое, как обычно. Ну не нежности же мне от этой ведьмы ждать?

Я и не жду. Наклоняюсь и целую, сразу ощущая, как на меня небо обрушивается.

Накрывает с головой, последнее соображение выбивает.

И проблеском дополнительного кайфа — ее тонкие пальчики, с готовностью зарывшиеся в короткие волосы на затылке. Ноготки царапучие. И стон, долгий и горячий.

Я не помню, когда успеваю от джинсов избавиться, не тем голова забита. Мне срочно, просто срочно надо ее везде целовать, трогать губами, облизывать, всасывать кожу, так, чтоб все вокруг, все в мире знали, чья она, чтоб ни одной мысли ни у кого, чтоб она сама, плохая девчонка, тоже смотрела на себя и знала, знала, знала…

Она вцепляется в мои плечи сильнее, запрокидывает голову, когда ощущает в себе.

Сжимает бедра крепче, стискивает внутри так, что становится еще жарче. Между бровей тонкая складочка. Больно? Больно?

Я не могу тормозить. Просто не могу. Давай, малех, потерпи чуток. Я потом залижу все.

Я смотрю в ее глаза все то время, пока двигаюсь, не могу оторваться. Жадно ловлю любые, самые крошечные изменения.