Расческа для лысого (СИ)

Миша умудряется меня туда быстренько посадить, и запрыгнуть за руль. Я мельком гляжу на раскрывших рты пацанов и на выпавших из окон бабок, с досадой скриплю зубами. Ну надо же, блин! Меня тут и так проституткой считают! А теперь вообще!

Миша выезжает только со двора, дальше не может. Трудно вести машину, когда тебя бьют. А я не стесняюсь нисколько. И даже не удивляюсь, что он меня не тормозит. Не отвечает.

Миша останавливается в скверике, неподалеку от дома, вырубает мотор. И наконец-то ловит мои руки, стискивает запястья до боли одной ладонью, держит.

— Малех, успокойся. Ну вот серьезно. Я не прав был. Слышь, малех?

— Слышу! Мудак! Пусти!

— Пущу. Но ты не бей меня больше, а? И не ори.

Я рычу, рву руки, понимая, что синяки обеспечены. Но пофиг все. Меня сейчас бесит все, что он делает, все абсолютно.

А еще больше бесит своя тупая реакция на его руки. На его губы. Бесит то, что я ведь стояла и дрожала от его поцелуев, как обычная глупая овца!

Я злюсь, бешусь, но замираю. Зло сдуваю волосы с лица.

Смотрю на него. И ловлю его ответный взгляд. Настолько серьезный и… Нежный? Да нет! Да ну нахер!

Я фырчу и опять дергаю руки.

Миша еще какое-то время смотрит на меня, потом отпускает.

Я тут же дергаю дверь, но заперто, само собой. Ничего другого не ожидалось, но проверить стоило все же.

— Малех, давай поговорим.

— И давно ты со шлюхами разговариваешь?

— Лен, я реально не прав был.

— Вот как? И когда тебя торкнуло? Сразу после моего ухода? Как, кстати, твой питон? Живой? Не сломался?

— Переживаешь? — он усмехается нахально, фикса блестит, а я… Сука, я чувствую, что низ живота сводит! Тварь, какая тварь все же! Ну вот как так можно? От понимания, что он меня заводит, я сатанею еще больше.

— Конечно, а то мало ли, вдруг жениться надумаешь! Найдешь себе скромняшку-вкусняшку, а тут такой облом…

— Не волнуйся, для моей скромняшки-вкусняшки он сработает, как надо.

— Есть о чем. Зачем тебе бабки?

— Лена! Зачем. Тебе. Бабки? Куда влетела?

— Куда бы не влетела, сама вылечу! Вот еще парочку раз в привате сработаю…

Он злой.

И смотрит на меня так, словно сожрать хочет. Или ударить. А, скорее всего, и то и другое сразу. Я молчу, изучаю сощуренные глаза с лучиками морщинок, и неожиданно понимаю, о чем он. Связываю все воедино.

Я опять на него набрасываюсь, он опять ловит и фиксирует мои запястья. Дергает к себе, перетаскивает на колени. И как-то очень ловко сажает так, что я его седлаю. И руки мои за локти перехватывает сзади.