С полузадушенным писком:
– Пошел нахрен, козел, – я вываливаюсь из випки и со всех ног несусь прочь.
Страх гонит меня с такой силой, что вообще непонятно, каким образом успеваю заскочить к удивленным парням и уже совершенно пьяной Машке, прихватить сумочку, и бегу вниз. На Машку и ее планы в этот момент мне откровенно плевать. Инстинкт самосохранения гонит меня быстрее прочь из этого проклятого клуба, от этого страшного мужика, словно он сейчас погонится за мной с членом наперевес.
На улице в голову шибает запахом черемухи.
Ее полно в нашем городе весной, особенно в центре.
Я несусь в сторону такси, наплевав на экономию. Домой, срочно домой, подальше от всего этого дерьма!
Обхожу стороной компанию парней, курящих возле входа, и тут понимаю, что удача мне изменила. Да и не было ее сегодня, этой удачи. Потому что меня хватают за руку и резко разворачивают.
– Это она, тварь! Она! – кричит один из парней, в котором я узнаю травмированную мной ведьму Урсулу. Ох ты черт! Я вырываю руку и разворачиваюсь так, чтоб спиной упереться в стену.
Так, по крайней мере, никто не зайдет сзади. Рука ныряет в сумку. Я, конечно, дура, и сама виновата. Но это не значит, что я просто так сдамся.
Глава 2
Ленка
– Ну че, добегалась, сучка брыкливая? – ведьма Урсула жжет. Где такое слово откопал, интересно. Хотя, нет, нихера не интересно!
– Как нога? – спрашиваю я, сдувая волосы с лица. Надо как-то отвлечь их, а что может отвлечь лучше, чем мои охренительно длинные волосы и охренительно длинные ноги?
Я немного поворачиваюсь, выставляя бедро, и прекрасно зная, что выгляжу, как та телка из мульта про кролика Роджера: волосы на один глаз, закрывают все тело прям до линии шорт, босоножки с серебристыми застежками зрительно удлиняют ноги.
Так, побольше беззащитности… И хамства… Может, кого-то из них торкнет, и он не захочет делиться? С одним-то я сто процентов разберусь. Или хотя бы отвлекутся. А я мотану обратно в клуб. А там охрана.
– Ах ты, сучка! Еще спрашивает! – ведьма Урсула, двигая мощным бабским задом, дергается мне навстречу и выбрасывает кулак.
Ага, щас. Я, конечно, пьяненькая, но не дура же. Увернуться от нелепого замаха легче легкого. У Урсулы, как сказала бы моя офигенно умная сестра, когнитивный диссонанс, его кулак впечатывается в стену, недалеко от моего лица, жопа перевешивает голову, и он летит лбом вперед, радуя кирпичную кладку физиономией. Я в этот момент, пользуясь открытыми ртами придурков, рвусь к входу в клуб и с размаху впечатываюсь в кого-то.
