И очень, сука, просто очень много повидал дерьма. И, хотя и сам не встречал, но по словам многих, вполне мною уважаемых людей, знал, насколько бывают обманчивы чистенькие девочки. Какими они бывают дрянями.
В Ленке такого не было. Не чувствовалось. Но, бл*, может я просто ошалел? Как тот же мент, что, потеряв всякие границы, бежал за ней по улице тогда?
И то, что она, в итоге, выбрала меня, и напрыгнула на меня сама практически, ничего обо мне не зная… О чем я думаю?
Козе явно не нужны отношения. Явно не интересны долгосрочные связи.
Она кайфует. Молодая, красивая. Активная. Вертит хвостиком.
Это ты, дядь Миша, расплылся киселем, размечтался… Не отпущу… Заберу… Моя…
Мачо херов. Как это?.. Супермэн? Не… Отелло? Тоже не… Ну да, неважно. Как ни назови, мудила, он и есть мудила.
Залип на девку. Которая мало что в дочки не годится. И начал херню всякую представлять. А она, скорее всего, и не думает ни о чем таком.
Я на секунду даже завидую этой ее легкости молодой. У меня такого не было. Совсем. А у нее есть.
И пусть и дальше так будет."
"– А чего ты реально хочешь, дядь Миш? – Она поворачивает ко мне лицо, смотрит прищуренными от солнца глазками, облизывает губки остреньким язычком. Стервочка. Молодая, безбашенная ведьмочка.
В этот момент я понимаю, что мне откровенно похер на то, сколько у нее было мужиков до меня. Вот с тем, что после меня будет, разбираться уже больнее. Потому что не хочется мне этого. Чтоб после меня кто-то был. Тупо, по-мудацки не хочется. И в то же время…
Я силой отпихиваю из головы дурные, мешающие получать удовольствие мысли, и говорю:
– Тебя хочу, малех, прыгай ко мне.
Ведьмочка разворачивается, медленно и нахально оглядывает меня, опять облизывается.
А потом неожиданно прыгает. Оглушив веселым визгом.
И я в момент забываю о своих домыслах, погружаясь в наше беззаботное, голое, животное счастье. Которого у меня никогда и ни с кем не было. И, надеюсь, у нее тоже.
Вечером воскресенья я отвожу Ленку домой, договорившись, что завтра ее с колледжа заберу, и мы реально куда-нибудь сходим посидим, жадно целую в машине, шлепаю на прощание по попке.
Разглядывая длинноногую фигурку, показательно наклонившуюся у самых дверей подъезда, типа застегнуть ремешок на обуви, а на самом деле, лишний раз подразнить меня своей упругой, тысячу раз за эти выходные зацелованной мною жопкой, я пропускаю сообщение.
Дверь подъезда захлопывается, я перевожу взгляд на экран.
Лысый дает отбой по проекту. Сложности на севере. Нужен я.
