Нужен Ремнев.
Я пытаюсь читать краткие инструкции, пересматриваю ссыль в облаке, где лежат нужные документы. И прикидываю сроки.
Вылет сегодня. Даже билеты заказаны, у Сухого оперативно работают люди.
И я оперативно работаю.
Я перевожу взгляд на закрывшуюся дверь подъезда. Сжимаю телефон непроизвольно, чуть ли не до хруста.
И чувствую почему-то горечь во рту.
Перемешанную с остаточной сладостью ее губ.
Глава 19
Ленка
– Ленка! Ле-на! Ты заснула, что ли?
Голос Машки звучит резко, я даже вздрагиваю. Дергаю плечом, смотрю на нее поверх солнечных очков.
– Ты заснула, что ли? Глянь, Вадик идет!
Машка возбужденно подпрыгивает на шезлонге, поправляет лямки купальника. Я пожимаю плечами и валюсь обратно. Плевать. На всех. И, особенно, на доставучего Вадика.
– Лен! Да ты хоть повернись!
– Нахера? Если тебе надо, говори с ним. Мне не надо.
– Дура!
– Заткнись. Волосы отросли, смотрю?
После этого Машка затыкается, только губы дует. А я отворачиваюсь, размышляя, что, может, и не стоило мне ее прощать? Как говорится, единожды предавший…
Но эти два с половиной месяца жаркого не по-нашему лета мне было херово.
Очень. Так, что даже измотанная сверхурочной работой Полька заметила, что со мной не так что-то. Правда, разговора у нас не получилось, но выводы я сделала. Решила вернуться в нормальную жизнь. И виноватящаяся Машка оказалась кстати.
Я сдерживаю вздох и внезапные слезы. Злюсь на себя. Потому что овца. И веду себя, как овца. Только тупые овцы жалеют о том, чего никогда бы не случилось.
Переживают. Волнуются. В голове постоянно перематывают кадры того, что им, овцам, казалось счастьем. А в реальности… Ну, для меня это было счастьем.
В голове моей, проклятой тупой башке слезливой овцы, опять бегут кадры счастливой недореальности. Озеро, запах сирени и черемухи, облитая лунным светом массивная мужская фигура. Вкус коньяка и сигаретного дыма на губах. Тяжесть и твердость его тела. Звезды на плечах. Взгляд. Жадный и темный. Голос, хриплый, насмешливый: «Малех…».
Отражение наших фигур в зеркальном потолке.
Мои безумные глаза. Влюбленные. Пальца в наколках, сжимающие грудь. И кайф, нереальный, никогда раньше не испытываемый.
Два с половиной месяца прошло. Два. С. Половиной. Дура ты, Ленка. Овца.
Он написал смс. Короткую. Что-то про работу, про отъезд, про то, чтоб не скучала. Не помню, что конкретно. Удалила сразу. И номер его удалила. Потом пожалела, конечно. А тогда… Просто пришла в себя от того, что сижу и тупо удаляю все, отовсюду.
