– Будешь нам помогать, мы тебе поможем! Нет – не обижайся!
– Да пошел ты! Видала я таких помогалыциков! – отвечал в темноте женский голос.
Мотька сразу узнал Нинку. А она-то здесь чего делает, небось к менту своему пришла? Но это он мельком подумал – гораздо больше интересовало его: чего же хочет от Нинки Басмач, чем она должна помогать?
– Не кипешись, – протянул Басмач. – От тебя простая малость требуется: приглядеть, чем он дышит, с кем встречается, кто к нему ходит. Трудно, что ли? Я знаю, раньше ты Сизому и наводки на денежные хаты подбрасывала…
– Да я и не знала ничего! К тому же что было – быльем поросло.
– Нет, так не бывает. Коготок увяз, всей птичке пропасть. Ты и так Сизому ни одной дачки не отправила. Должок за тобой, выходит!
– Ничего я тебе не должна! Отвяжись лучше…
– Смотри, как знаешь. По нашим правилам разговор короткий: на хор поставим и перо под сердце! Так что подумай хорошо.
– А ну пусти меня! Сейчас кричать буду!
– Кто тебя, дуру, держит? Иди… Надумаешь – свистни.
– Прям, разбежалась!
– Бежи, бежи… А через пару дней я зайду в магазин, и ты мне все обскажешь.
В темноте застучали каблучки. Мотька подождал и пошел искать Басмача: может, к нему тоже есть дела. Но Басмача уже не было видно – он исчез совершенно бесшумно, словно растворился в ночи.
И вдруг Мотьку прошибла догадка: так вот зачем он им понадобился! Из-за мента и Нинки! Ни про кого больше его не расспрашивали, никем не интересовались. Только эти двое… Какой же у Басмача к ним интерес? Нет, не к ним… Интерес может быть только к менту! А Нинка – наживка.
Через нее все про него разузнать можно. А если грохнуть его надумают, она может его в условное место заманить или ночью дверь отпереть…
* * *– Слышь, Володь, – сказала Нинка за чаем. После чая следовала постель. Все чаще она оставалась до утра. – Ко мне тут пристают всякие…
– Кто? – быстро спросил Волк. – И что значит – пристают?
Он действительно не понял, что имеет в виду Нинка под этим словом.
Может, щиплют ее в магазине за аппетитные места, а может – предъявляют права бывшие ухажеры. Правда, он знал, что она вроде порубила все хвосты.
– Ты в голову не бери, это мои дела, – сказала раз она. – Что было – было, а сейчас ничего нет.
Голос у нее был гордый, но он не радовался: значит, готовит почву для дальнейшего сближения. Может, замуж хочет… А как на ней можно жениться? И так столько разговоров да пересудов. К тому же Нинка – это утеха для тела.
