– Почему? Это очень хороший кусок!
– Не в том дело. Ты решаешь вопрос с Басмачом, забираешь у него деньги и уходишь. Доли мне не надо.
– А груз?
– Груз заберу я сам.
– Ты?! – Пастух даже подскочил на месте. – Такой кусочище?! Куда ты его денешь?
– Сдам государству.
Пастух окаменел. В таком разговоре шутить не принято. А сказанные всерьез эти слова означают только одно…
– Давай в открытую, чтобы не было непоняток, – сказал Волк. – Я действительно отсидел почти год в разных местах. Но сейчас я работаю в милиции.
Мне это не нравится, и я хочу уйти. Могу к тебе, если предложение остается в силе. Наш договор – это наш договор. Я договариваюсь как частное лицо и выполню все свои обязательства. Но груз я тебе не отдам.
Кровь прилила к лицу Пастуха, челюсть отвисла.
– Бред какой-то! Ты мент? С такой шкурой? Или ты на Холеного работаешь?!
Старший лейтенант Волков извлек удостоверение, раскрыл и положил на стол. Пастух схватил красную корочку, как голодная щука хватает блесну.
– А с Холеным, если понадобится, я разберусь, как и обещал.
И сделаю это тоже как частное лицо.
– Бредятина! – Пастух бросил документ обратно на стол. – Что же это выходит? – Он потер виски, привычно промассировал бритый череп. И неожиданно рассмеялся: – А ведь ничего особенного и не выходит! Мы уже работали с ментами, и Басмач с ними работает. Так что все обычно. Только мы работали с предателями, а ты вроде правильный мент и остаться таким хочешь. Только разве получится?
Пронзительные голубые глаза в упор рассматривали лейтенанта Волкова.
– Не знаю, – честно ответил он.
* * *Третьего сентября Волкова неожиданно отправили в отгулы. Замнач райотдела Трофимов сказал, что это личное указание Барина: мол, накопилось много переработок, при любой проверке могут взгреть так, что мало не покажется. На первый взгляд объяснение правдоподобное, особенно если не знать, что в милиции никто и никогда не компенсирует переработок и ни одна проверка не обращает на нарушения трудового законодательства никакого внимания.
Два дня Волков отдыхал, а в «день Ч» приготовился к выезду и постоянно держал включенной полученную от Пастуха рацию.
Когда стемнело, Пастух вышел на связь:
– Он выезжает.
После этого одетый в форменную одежду Волк сел в видавшую виды «копейку», тоже полученную от Пастуха, и стал ждать дальнейших сообщений. Он знал, что сейчас пять-семь раций находятся на приеме, а Пастух координирует их, как дежурный по городу координирует действия ПМГ.
