Расплата. Отбор для предателя

Смотрю на лицо короля, который не обращает на меня внимания, а потом перевожу взгляд на инквизитора, который, напротив, смотрит на меня не отводя своих внимательных тёмных глаз. Наверняка это его идея с кошками. Инквизиторы славятся своей ненавистью к женщинам, проклятые лицемеры, прикрывающиеся любовью к богу.

Чёрный песок сыплется внутри больших часов и высыпался уже на треть. Время одновременно бежит слишком быстро и тянется безразмерно долго.

— Пошло всё в пекло, — говорю я и иду в сторону леса, не обращая внимания на крики людей, пытающихся остановить меня.

— Не советую делать этого, благородный князь, — слышу я громовой окрик короля.

Музыка снова прекращается и на этот раз все замирают. Король Маркус II смотрит мне в глаза и на лице его играет жестокая улыбка.

— Имейте терпение, князь, и ждите, как ждём все мы. Если надо, попросите инквизитора, чтобы он помолился с вами, коль судьба девушек так заботит ваше доброе сердце.

В голосе его звучит насмешка. Но гораздо больше в нём угрозы. Я чувствую, как он набирается силы, готовый перевоплотиться в дракона, если потребуется остановить меня.

— Бог решит их судьбу, — говорит он, продолжая пристально смотреть мне в глаза. — Не мешайте его воле.

33

— Король, простите, при всём уважении, неужели вы думаете, что это богоугодное дело? Неужели вам кажется, что такие жестокие игры нравятся нашему Господу? — пытаюсь сделать свой голос как можно более спокойным, но чувствую, что раздражение прорывается наружу.

— Если у вас есть ко мне какие-то претензии, князь, думаю, что сейчас не время их высказывать, — говорит он жестоким голосом. Я чувствую, как от его голоса дрожит земля. Спорить с королём всё равно что пытаться переспорить вулкан, и сейчас, похоже, все молятся, чтобы не произошло извержение.

"— Простите, король, я забылся, — говорю я и отвожу взгляд. Этот поединок был закончен, не начавшись. Как бы печально это ни звучало, но против короля сейчас, особенно в моём нынешнем положении, я ничего не могу противопоставить.

— Так-то лучше, — немного успокоившись, говорит он. Но я вижу по его раскрасневшемуся лицу, что он в ярости.