Распорядительница гарема

Ты влияешь на регенерацию существ в какой-то зоне вокруг себя. Не хватает данных, чтобы рассчитать насколько велика эта зона, — Ми продолжал меня сканировать, пытаясь выяснить еще что-нибудь.

Я, как громом пораженная, тяжело опустилась на стул и уставилась в одну точку. С одной стороны, это невероятно крутой подарок судьбы. О таком я и мечтать не могла. С другой, если император узнает, что у меня есть магия, то может посчитать, что я кровавая императрица и каким-то образом сумела его обдурить.

Вокруг меня кружила магия Клери, готовя завтрак для всех во дворце. Пахло выпечкой и жареными пирожками. Я потянула носом воздух и выхватила с пролетавшей мимо тарелки особо румяный пирожок. Ничего страшного — главное не целоваться с императором и все будет отлично, успокоила себя, откусывая лакомство. Тогда он ничего не узнает о моей регенерации. А когда в замке появится лекарь, спишем все на его выдающееся мастерство. Сегодня займусь залом у входа, неприбранный, он портит все впечатление от дворца.

На кухню вошел Нектир. Я чуть не подавилась — никак не ожидала его тут увидеть. Думала Клери доставит завтрак в его покои. Сложно думать о делах, пока он тут. Ходит — отвлекает. После ванной, в чистой одежде, с капельками воды на белоснежных кончиках волос император был еще более привлекательным. Да еще в движении! У Нектира чудесная уверенная походка мужчины, который может получить в этой жизни все, что пожелает.

— Вижу, вы с Клери хорошо постарались, — похвалил император, окидывая взглядом кухню. — Купальни в идеальном порядке, мои покои и кухня, а ведь у вас было совсем немного времени. Скоро дворец оживет.

Вирка, следовавшая за императором по пятам, взмахнула лапками и на стол приземлилась чашка с дымящимся напитком и несколько тарелок с выпечкой.

— Спасибо, — улыбнулся самой очаровательной улыбкой, которую мне доводилось видеть, император.

Нельзя, мужчина не должен так улыбаться, потому что женские сердца тогда тают… Я несколько раз глубоко вздохнула, чтобы вернуть ритм сердцебиения в норму. Боже, нельзя влюбляться в императора. Это худшее, что можно придумать в моем положении.