Рассказ о двух сестрах (ЛП)

И оказалась права, когда через несколько секунд он продолжил:

— А Вы собирались быть подружкой невесты? Сидеть в церкви на передней скамье и наблюдать, как я стою возле алтаря и жду Лидию?

Она содрогнулась из-за выражения на его лице. Он выглядел разъяренным, но также и обиженным… и очень старался это скрыть.

— Я собиралась сказать Вам, — прошептала она. – Клянусь всеми святыми…

— О, пощадите меня от своих мелодрам, — оборвал он ее, беспокойно шагая по комнате. Казалось, стены разойдутся из страха перед его неистовой энергией.

— Я собиралась сказать Вам, — продолжала настаивать Шарлотта. – Сразу после того, как убедилась бы в благополучном уходе Лидии, я собиралась найти Вас и все рассказать.

— Вы собирались прийти в мою комнату? – спросил он.

— Ну… вообще… — пыталась защититься она. – Вы же были здесь, в библиотеке.

— Но Вы то этого не знали.

— Нет, — признала она, – но…

Она не успела договорить, потому что он в мгновение ока оказался рядом и пленил ее, положив руки на ее кресло с двух сторон.

— Вы собирались прийти в мою комнату, — повторил он снова. – Это было бы интересно.

Шарлотта ничего не сказала.

— Вы разбудили бы меня? – прошептал он. – Погладили бы по щеке?

Она посмотрела на свои руки. Они дрожали.

— Или, возможно, — сказал он, еще ближе придвигаясь к ней, так что она уже могла чувствовать его дыхание на своих губах, — разбудили бы меня поцелуем?

— Прекратите, — сказала она севшим голосом.

— Вы едва ли имеете право ставить под сомнения чей-либо характер, мисс Торнтон.

— Я собиралась сделать то, что считала правильным, — резко выпрямив спину, сказала она.

— Вы считаете, что это было правильным? – с отвращением, звучащим в каждом слове, переспросил он.

— Согласна, возможно, не совсем, — допустила она. – Но так было лучше всего.

— Лучше всего? – отозвался эхом на ее слова Нед. – Лучше всего оскорбить человека перед сотней людей? Улизнуть среди ночи вместо того, чтобы нести ответственность за свои поступки?

— А что бы Вы сделали на моем месте? – потребовала она ответа.

Нед надолго затих. Затем, что бы восстановить самообладание, отошел к окну и оперся на подоконник.

— В этом мире нет ничего, — сказал он очень серьезно, — чтобы я ценил больше, чем честность.

— И я, — эхом отозвалась она.

Его руки так сильно ухватились за край подоконника, что побелели костяшки пальцев.