Рассказы

— Чем-то не нравится Канада?

— У меня закончился паспорт.

Парень кивнул. Прошли те дни, когда человек мог просто прогуляться туда и обратно в соседнюю страну. Затем парень сказал:"

"— Нет особой разницы между тем, что здесь, и тем, что там. Разве только посмотреть через забор. Лучше остаться там, где вы находитесь, без сомнения.

Ричер ответил:

— Я хочу увидеть место, где кончается дорога.

Парень сказал:

— Это звучит серьёзно.

Женщина добавила:

— Мы рассматриваем это, как начало пути.

— Хорошая мысль, — ответил Ричер.

Парень сказал:

— Садитесь назад, — развернулся в своем кресле и сдвинул мешавшие вещи в сторону. Ричер открыл дверь и скользнул внутрь, использовав своё бедро, чтобы освободить больше места. Он захлопнул дверь, женщина нажала на газ, и они тронулись, легко преодолевая последние тридцать-с-чем-то миль по Америке.

* * *Последним съездом с трассы был съезд в город под названием Хоултон. Или первый, предположил Ричер, если смотреть на это с канадской точки зрения. Затем последовало около мили приграничной территории, недлинная полоса для ожидания, барьеры, будки и знаки.

Ричер оставался в джипе, пока не подошла их очередь, затем поблагодарил, попрощался и выскользнул из машины. Шагнув вперед, он поставил ногу на последний дюйм асфальтобетона прямо перед шлагбаумом.

Конец дороги.

Одно событие влечет за собой другое.

Он вернулся обратно, перешел на полосу движения, идущую в южном направлении, и отошёл снова на тридцать ярдов от барьеров. Он хотел дать водителям достаточно времени, чтобы увидеть его, но недостаточно, чтобы набрать такую скорость, чтобы пришлось тормозить.

И снова он не думал, что ожидание будет длительным. Август, дневное время суток, солнце, край отдыхающих, доброжелательные и расслабленные канадские водители полны благородства и готовности помочь. Через десять минут максимум, подумал он, может быть, ближе к пяти, и вполне возможно, что первый же проходящий автомобиль будет единственным, которого придётся ждать.

Этого не произошло, но вторая машина подтвердила ожидания.

Это был, скорее, минивэн. Он не был похож на предмет гордости мамы футболиста и был старым, грязным, и слегка битым. Наверное, он был светло-синим, покидая завод, но почти потерял цвет и выгорел от солнца и соли. За рулём был молодой человек, одна молодая женщина сидела рядом с ним впереди, а другая сзади. Фургон был с номерами Нью-Брансвика и тащил за собой облако густого дыма, отъезжая от таможенного поста.

Но Ричер ездил и в худших автомобилях.