"Расследования Екатерины Петровской и Ко". Компиляция. Книги 31-50

Профессору мы скажем, что пришли снова фотографировать экспонаты «Проклятой коллекции».

И она не очень уверенно постучала в двери старинного музейного зала.

Никто не ответил. Не заперто, – они вошли без спроса.

В хранилище время остановилось – лепной потолок, вощеный паркет, шкафы вдоль стен, тот же самый сумрачный свет, тени, тени… Яркий софит в центре над столом.

Ящики, ящики между столами…

Что-то зашуршало, скрипнуло…

В спертом воздухе зала – запах горячей смолы и сухих трав… шалфей, чабрец…

Катя оглянулась – то странное ощущение, что она испытала в прошлый раз здесь, словно кто-то смотрит, следит за тобой.

Катя смотрела на профессора Гайкина. Он появился словно ниоткуда в этом зале, как будто соткался из этого душного воздуха, пропитанного ароматом бальзамических смол и трав. Потом она поняла – он был тут, когда они с Анфисой вошли, стоя на коленях на полу распаковывал вон тот ящик в углу.

– Олег Олегович, мы пришли фотографировать, – сказала Катя.

Анфиса выставила вперед камеру, как щит.

– Ну да, профессор, – поддержала она, – в прошлый раз ничего ведь у нас толком не вышло, сами знаете, какие ужасные события. Нам Виктория Феофилактовна разрешила продолжать. Мы вам не помешали?

– Вы мне помешали, но вряд ли вы уйдете, – Гайкин очень осторожно начал извлекать из ящика какой-то предмет в распорках из дерева, укутанный стружкой.

Катя оглянулась на стол под ярким софитом.

– Нас как свидетелей по убийству допрашивали, – выпалила Анфиса, – а вас, профессор?

Гайкин не ответил, казалось, он целиком поглощен работой.

– А вас тоже допрашивали как свидетеля? – Анфиса повторила свой вопрос.

– Это какой лот? – спросила Катя.

– И что же это такое? – спросила Катя.

– А эта женщина, ну ревизор Юдина, она к вам сюда в хранилище не заходила? – гнула свое Анфиса, решившая все же доконать профессора.

Катя смотрела на Гайкина – то ли от усилий поднятия тяжести, то ли от духоты лицо его пылало.

– От каких людей вы это успели услышать? – спросил он.

– Ну, от разных… слухи по музею летают как мухи, помните, как у Высоцкого: «словно мухи тут и там…».