Расстрельный список

Галичанин с молоком матери впитывает, что во всех его бедах виноват барин-поляк, хитрый жид и коварный кацап. Естественно, этот слой «специалистов» стал благодатной почвой для антисоветской и националистической деятельности. Росли как грибы и легальные, и подпольные украинские националистические организации. И бороться с ними было тяжело из-за политических игр и идеологического раздрая в ЦК ВКП(б). До сих пор в Москве горлопаны причитали о «великорусском шовинизме» и заветах Ленина по национальному вопросу.

Ярким примером такого нацкадра являлся Дерконос.

Этот галицийский фрукт с потрясающей пронырливостью сколачивает националистические структуры, притом по большей части вполне официально. Везде под его покровительством насаждаются этнографические кружки, воющие хором галицийские песнопения, а также литературные общества, агитационные бригады. И все под руководством и присмотром проверенных соратников из местной интеллигенции, которые осторожно, но наступательно ведут разрушительную идеологическую работу. Некоторые эти сборища уже приобретают очертания антисоветского подполья. Это задел даже не на сегодня, а на завтра, когда, как надеются украинские националисты, центральная советская власть ослабнет или втянется в серьезную войну. Вот тогда и настанет час независимой Украины.

И кто справится с таким вот паразитом-демагогом, имеющим хорошую поддержку во всех эшелонах власти? Да никто… Кроме агентурной группы террора «Оплот», конечно. Нам бюрократические игры не интересны. Мы все же карающий меч.

Или не меч, а финка.

– Ты как, готов поработать острым ножом, каторжник? – спросил я Одессита, когда мы определялись с планами.

– Рука штыком колоть устала, – вздохнул он как-то обреченно, в его пальцах мелькнула финка, лезвие ее воткнулось в исцарапанный стол. – Сделаем.

Надо отдать должное – работает он холодным оружием виртуозно, быстр и смертоносен. Даже завидно. Это именно он тихо, без стонов и хрипов, порешил ножом охранников, стороживших тех самых полтора десятка активистов в селе Вахановка, которых поутру Коновод обещал принародно приговорить и повесить.

Опасная была авантюра, можно было засыпаться. Но не могли мы оставить это просто так. Все мое существо восставало против такого. Вот и рискнули. И победили.

И сейчас первую скрипку в ликвидации сыграет именно Одессит…

Как всегда, Дерконос вышел из служебной машины за два квартала до цели. Отослал прочь водителя. И вскоре чинно вошел в подъезд дома, где проживала актриса.