Растопить сердце Не Дурнушки (СИ)

Не хочу слышать их имён, не хочу слышать их фамилию.

– Может, мне тебе кляп подарить? – рычит муж на помощника.

Тут в комнату входит огромная скала мышц со шприцом в руке, и мне становится ещё страшнее.

– Нет, я не хочу, уйди! – кричу, забиваясь сильнее в угол и выставляя руки.

– Родная, тебе нужно успокоиться, истерика слишком сильная, – пытается достучаться Фёдор, перехватывая мои руки и сильно сжимая их.

– Предатель! Ты такой же, как они!

– Ты ошибаешься. Они искали дочь шестнадцать лет. Лиза любила тебя все эти годы и молилась, чтобы тебе было хорошо на небесах.

Они думали, ты мертва! – он не понимает, он защищает её!

– Она бросила меня! – кричу ему в лицо.

– Чтобы спасти братьев! Мел, вспомни тот день! Как вы оказались в лесу? Почему? – замираю от такого вопроса.

– Коли! – звучит приказ, и меня резко сжимают чьи-то руки.

Чувствую укол в шею, а потом сознание уплывает. Я падаю, но муж подхватывает меня и обнимает.

– Родная моя, вспомни тот вечер, вспомни погоню! Пожар и… – дальше я уже не слышу, так как сознание покидает меня, чтобы перенести в сон.

И он совсем не сладкий, так как я оказываюсь в горящем доме!

Жена обмякла, и я наконец-то смог её обнять. Её истерика очень напугала меня, и я впервые не знал, что делать. Она плакала, кричала. Причитала, будучи словно не в себе. Мне стало страшно за её душевное состояние. Пришлось усыпить. Не хотел я этого, но иначе она меня просто не слышала.

Поднимаю хрупкое тельце на руки и кладу на кровать.

Стас печально качает головой и выходит вместе с охранником.

Но уходят они недалеко, так как, судя по голосам, встречают гостей. Да, я пригласил Соболевых к нам, думал, Мелания успокоится, а её, наоборот, прорвало, как и её мать, которую тоже до сих пор не могли успокоить. Они действительно похожи не только внешне, но и по характеру. Но как я мог забыть лицо Елизаветы? Они ведь практически одинаковые!

– Где моя дочь?! – раздаётся властный голос в коридоре.

– Она спит, – отвечает Стас и, видно, показывает где, так как женщина буквально влетает в комнату.

– Милада, – шепчет она плача, увидев, как я укрываю жену одеялом.

– У неё был срыв, пришлось усыпить.

– Доченька моя! – не унимается женщина, подходя ближе, и словно не замечает и не слышит меня. Она падает на колени у кровати, аккуратно берёт руку Мел и прикладывает к своему лицу.

– Доченька, мама рядом, теперь всё будет хорошо. Я не уйду больше никогда!

– Лиза! – неожиданно зовёт Константин, появляясь в дверях.