Но воинов было мало. Что позволяло почти наверняка предсказать поведенческую реакцию оппонента.
Начинать атаку на этих «ламеллярных» всадников засадный отряд вряд ли решился бы. Ведь это означало ввязаться в бой. А где-то совсем рядом находились основные силы…"
"Отходить самим? Тоже не вариант. Так как начав бегство они подставятся под обстрел из луков. Вон – у каждого из «ламеллярных» всадников он виднелся с полным колчаном стрел. И в рассыпную тут не бросишься кто куда – придется уходить по узкой полоски земли, будучи зажатыми между густым лесом и заболоченным берегом реки.
Стрелять назад на отходе? Не смешно. Можно конечно, но точность таких выстрелов ничтожна, особенно по движущейся цели, да прыгая на спине галопирующей лошади. Считай впустую стрелы выбрасывать. Тем более, что, в такой ситуации действуют по правилу – убегая убегай. А значит станут нахлестывать лошадь ногайкой, а не стрелять.
Начинать стрелять в этих «ламеллярных» всадников тоже не имело никакого смысла.
Все воины красовались в доброй броне.
Такую стрелой не возьмешь. А в лошадей в степи стреляли редко и неохотно. Ведь свалить лошадь стрелой было сложно. Очень сложно. Да и то, только стреляя сбоку и норовя перебить сонную артерию или пробив легкие, али задев сердце, побившись через ребра. Что весьма непросто. Особенно для тех луков, которые использовали в массе степняки. И тех наконечников, которые у них имелись под рукой. В лобовом же профиле, несущийся на тебя конь представлял собой слабо уязвимую цель.
Да и вообще – стрельба по лошадям не являлась тем, что практиковали в степи. Ибо частенько это являлось глупостью.[16] Как и в данном случае.
Если бы «ламеллярные» всадники собирались атаковать, то затевать перестрелку на такой короткой дистанции и без маневра означало верный способ встретить свою смерть с луком в руке. Такой натиск нужно принимать со щитом наготове и каким-либо холодным оружием.
Но никто из ногайцев о том и не подумал. Меньшими силами нападать на больших? Для степи это полный и качественный абсурд.
Так не воевали. А мыслят люди в парадигме своего мировоззрения, будучи его заложником. В их глазах эти «ламелляры» должны были лишь обозначить атаку и начать отходить, спровоцировав их на преследование. Они же, воспользовавшись этим «окном», могли попытаться сами оторваться, рванув вдоль берега. Поэтому и ждали, стараясь не спровоцировать, дабы не ввязаться в «собачью свалку» прямо под носом у больших сил неприятеля.
