Пытаюсь говорить с Эльдаром, чтобы взбодрить.
— Знаешь, как мы в детстве угли от дождя прятали? Мы копали тоннель в земле с двумя выходами. Внутрь засовывали угли. А выходы делали как жерло вулкана, чтобы туда не заливалась вода. Сверху ставили лапник… А ещё можно не тоннель, а в форме колбы вырыть отверстие, тогда тоже не зальёт…
Не открывает глаз.
— Эльдар?.. Эльдар! — тормошу его.
— М-м… — надсадно кашляет."
"Затягиваю туже его рубашку, которая превращена в корсет.
— Ну что ты расклеился? Отнесись к этому, как к пикнику.
— Пикник в аду?.. — хрипит он. — Плохо мне…
— Вот там есть муравейник… — киваю по направлению к берёзе. — Если мы дадим муравьям жалить место перелома, то воспаление и отек спадут. К тому же укусы муравьев при простуде подстёгивают иммунитет, понижает температуру… Бабушка моя… — начинаю рассказывать я про ее знахарские экзекуции.
Но Эльдар перебивает.
— Нет… Не хочу. Сдохнуть хочу…
Вздыхаю.
— Н-да…
Это тебе не Литвин, Татико. Который за любой кипиш.
И поэтому Литвин со убитым позвоночником бегает, а Эльдар с грёбанным переломом двух несчастных ребер хочет сдохнуть.
— Хочу чай… Горячий… С лимоном… Сладкий… — бормочет невнятно. — А не твоих ебанных муравьев.
Встаю, чтобы выйти на берег, пока дождь ещё не сильный.
— Куда ты?..
— В магазин! — злюсь на него. — Лимон куплю.
— Не бросай меня.
— Да я здесь… — смягчаюсь.
Вот интересное дело…
Мужество оно ведь не только в подвигах, но и в достойном проживании своей беспомощности. Ну как… Литвин!
Темно.
— Димка!! — отчаянно кричу я. — Я здесь! Слышишь?! Я здесь! Литвин!
Вздыхаю.
— Люблю тебя… — бормочу устало. — Где же ты?..
""Тати!.."" — сквозь шелест крон, реки и дождя. — ""Суда…ая!..""
Нет, это мне кажется. Адреналин подскакивает.
— Митяй?! — на всякий случай кричу ещё громче, срывая до боли связки.
Хватаюсь за горло.
— Литвин! — хриплю, не могу больше выдать громких звуков. — Черт!!
Закашливаюсь. Загребаю воды, делая глоток.
Выстрел зелёной ракетницы.
Подпрыгиваю на месте!
Боже! Далеко…
Хоть плачь!
Но вот хрен я заплачу.
Тащу весь лапник, что приготовила на ночь на берег и раздуваю костер помощнее. Пусть дымит…
Все-все-все!! — гашу вдруг накатившую на мгновение истерику.
Он ищет меня. Значит, он меня найдет. Это просто… приключение!
Подставляю лицо дождю.
И до утра я тусуюсь под дождем на берегу, чтобы он не прошел мимо. Костер потухает. Все. Все что можно было сжечь, я сожгла. Теперь с этим будет сильно сложнее.
Рассвет.
