Разоблаченный любовник (Др. изд.)

Глядя на себя, он поковырял передний зуб, который был у него немного отколот. Черт… если он хочет быть достойным ее, нужно сделать пластику, вылечиться от алкоголизма и вставить новые зубы.

Ну, с Богом. Ему есть о чем беспокоиться, раз он собирается увидеться с ней через десять минут. Прошлой ночью ее голос звучал по телефону просто ужасно, и, кажется, между ними вновь пролегла дистанция. Но по крайней мере, она не отказала ему во встрече.

И это вызывало наибольшее беспокойство.

– Коп, ты скоро будешь весь в дырках, если станешь продолжать в том же духе.

Буч посмотрел в зеркало. За его спиной стоял Ви, прислонившись к дверному косяку, держа в руке стакан водки и самокрутку. В воздухе витал едкий запах турецкого табака.

– Да ладно тебе, Ви. Мне надо удостовериться. Знаю, твоя рука творит чудеса, но…

Буч коснулся лезвием своей кожи и закрыл глаза, страшась того, что может увидеть.

– Она красная, Буч. Все путем.

Он посмотрел на алый ручеек.

– Откуда мне было знать?

– От тебя больше не несет, как от лессера.

Прежде чем Буч понял, в чем дело, Ви схватил его за руку, нагнулся и зализал рану, которая вмиг закрылась.

– Господи, Ви! А что, если кровь заражена?!

– Все в порядке. Просто чер…

Пошатнувшись, Ви схватил ртом воздух и стал сползать по стене, его глаза закатились, тело начало содрогаться…

Буч в ужасе бросился к нему…

Но Ви уже прекратил дергаться и спокойно отпил из стакана.

– Ты в порядке, коп. На вкус просто великолепно. Для человека, конечно, а ведь я ими, в принципе, не увлекаюсь. Понял?

Буч размахнулся и залепил своему соседу в плечо кулаком. Когда брат выругался, Буч врезал ему еще раз.

Ви сердито глянул на него, потирая плечо.

– Черт бы тебя побрал, коп.

Буч отпихнул брата и направился к шкафу. Пытаясь сообразить, что надеть, он со злостью прошерстил всю одежду, висевшую на вешалках.

Остановился. Закрыл глаза.

– Что за чертовщина, Ви. Прошлой ночью у меня текла черная кровь. А сейчас нет. Может, мое тело превратилось в лессероперерабатывающий завод?

Ви сел на кровать, оперся на изголовье и поставил стакан на колено, обтянутое кожаной штаниной.

– Может быть. Не знаю.

Боже, он так устал чувствовать себя потерянным.

– Я думал, ты знаешь все.

– Ты несправедлив, Буч.

– Черт… ты прав. Извини.