Разоблаченный любовник (Др. изд.)

Тело Буча не повиновалось ему, действуя самостоятельно, когда он пронесся через VIP-зал и накинулся на Ривенджа. Он уловил запах Мариссы, шедший от мужчины с ирокезом. В следующее мгновение он уже летел к нему, словно опять был копом, а тот – преступником.

Он с силой повалил Преподобного на пол, момент неожиданности сработал ему на руку. Когда они упали, послышался выкрик: «Какого черта!», и со всех сторон стали стягиваться вышибалы. Прежде чем они оттащили Буча, он успел дернуть Ривенджа за воротник.

И – вот оно.

Буч пытался вырваться из крепких рук, держащих его, сопротивлялся и отбивался ногами, но тут перед ним кто-то встал, занес кулак и врезал ему прямо в лицо. Взрыв боли застлал ему левый глаз, и Буч понял, что его ударила начальница охраны.

Ривендж встал, опираясь на трость, его глаза яростно сверкали фиолетовым пламенем.

– Ко мне в кабинет. Сейчас же!

Кругом раздавались голоса, что-то наперебой обсуждавшие, но Бучу было не до них. Он лишь смотрел на вампира, стоящего перед ним, и на доказательства кормления.

Нет сомнений, что Ривендж ее удовлетворил. Нет сомнений.

– Почему ты? – в бешенстве прокричал Буч, – Ты же чертовски мне симпатичен. Почему ты?!

– Нам пора, – Ви крепко схватил Буча за шею, – Я отвезу тебя домой.

– Не сейчас! – загремел Ривендж, – Он напал на меня на моей территории. Я хочу знать, что, черт побери, взбрело ему в голову.

Громко и отчетливо Буч произнес:

Ривендж моргнул. Поднес руку к шее.

Буч, зарычав при виде следов укуса, снова попытался вырваться на свободу. Боже, он все же распался на две половины. Одна еще что-то смыслила. Вторая же совершенно слетела с катушек. И легко догадаться, какая из них брала верх.

– Марисса, – фыркнул он, – Ты ее кормил.

Глаза Рива широко распахнулись.

– Так это ты? Это в тебя она влюблена?

У Рива перехватило дыхание от потрясения. Он потер лицо и поправил воротник, пряча ранки.

– Вот… черт. Вот же… черт побери.

– Вишу, уведи его и отрезви. Боже, сегодня мир чертовски тесен…

К этому времени колени Буча стали резиновыми, а клуб завертелся перед его глазами. Вот уж не думал он, что настолько пьян… а еще и удар по физиономии…

Прежде чем вырубиться, бывший коп простонал:

– Это должен был сделать я.