Разоблаченный любовник (Др. изд.)

Он представил себе Мариссу, такую невинную и прекрасную, такую не похожую на других женщин, не похожую на Ксекс, у которой он пил кровь…

Он желал Мариссу, был наполовину влюблен в нее. Его мужское начало жаждало получить то, в чем оно нуждалось, хотя лекарства превратили Ривенджа в импотента. Но он ни за что не причинит вреда той, которую любит, даже если его темная сторона вырвется наружу. Ведь так?

Ривендж вспомнил Мариссу в прекрасном длинном платье от-кутюр. Она так тщательно подобрала наряд, казалась такой изящной, такой… чистой.

Он улыбнулся, ощущая внутренний жар, который смогли бы погасить только сильнейшие оргазмы. Близится час, когда она позовет Ривенджа. Да, она снова будет нуждаться в нем… скоро. Из-за его разбавленной крови ей приходилось кормиться чаще, тем чаще доставляя ему удовольствие, а со времени их последней встречи прошло почти три недели.

На днях она его позовет. Он с нетерпением будет ждать момента, когда сможет ей пригодиться.

Вскоре Ви вернулся на территорию Братства, материализовавшись перед входной дверью гостевого дома. Он надеялся, что секс поможет ему расслабиться, но нет: он до сих пор находился на грани срыва.

Ви прошел коридором Берлоги, сбрасывая на ходу оружие, чувствуя себя напряженным и жаждая попасть в душ, чтобы смыть запах той вампирши. Он должен был бы проголодаться, но вместо этого ему хотелось водки.

– Буч, дружище! – позвал он.

Ви прошел в комнату копа.

Он толкнул дверь. Огромная кровать оказалась пуста. Может быть, коп в главном доме?

Ви пробежал назад к входной двери и высунул голову. Быстрый взгляд на припаркованные машины, и его сердце забилось чаще. «Кадиллака» не было. Так что Буч не на территории.

На востоке появились первые лучи солнца, от света зажгло в глазах. Вампир нырнул обратно в дом и вошел в компьютерный штаб. Согласно координатам мобильника, «кадиллак» Буча был припаркован в переулке за баром «Скример».

Отлично. По крайней мере, коп не привязан где-нибудь к дереву…

Ви замер. Он медленно засунул руку в задний карман кожаных брюк, и его охватило страшное предчувствие, зудящее, словно сыпь. Открыв телефон, он начал проверять голосовую почту. Первое сообщение – с номера Буча, но там лишь гудки.

Когда появилось второе сообщение, на окнах Берлоги стали опускаться металлические ставни. Наступало утро.

Ви нахмурился. Из телефона доносилось лишь шипение.