Разоблаченный любовник (Др. изд.)

Когда она это сделала, Буч мог бы поклясться, что Дева-Законоучительница слегка ахнула.

– Красавица. Просто красавица. Ты изумительно прелестна.

Затем Дева-Законоучительница посмотрела на Буча. Хотя черная полупрозрачная вуаль скрывала ее лицо, сила взгляда заставила Буча задрожать, как в предчувствии опасности. Словно он оказался на пути разряда молнии.

– Как зовут твоего отца, человек?

– Эдди. Эдвард. О’Нил. Но если вы не возражаете, я не буду упоминать о нем, хорошо?

Все в комнате напряглись, а Ви пробормотал:

– Полегче с вопросами, коп.

– Почему, человек? – спросила Дева-Законоучительница. Произнеся это так, словно сказала не «человек», а «отходы».

– Он для меня ничто.

– Люди всегда так непочтительны к своим старшим?

– Между мной и отцом нет ничего общего, вот и все.

– То есть кровные узы для тебя ничего не значат?

Снова взглянул на Деву-Законоучительницу.

– Вы хоть представляете, какое облегчение…

Когда Марисса ахнула, Ви сделал шаг вперед и заткнул Бучу рот, запрокинув его голову, и прошипел на ухо:

– Ты хочешь поджариться прямо здесь? Никаких вопросов…

– Отпусти его, воин, – сердито сказала Дева-Законоучительница, – Это я желаю услышать.

– Извините за эти вопросы, – обратился Буч к черной мантии, – Но я просто… рад узнать, что течет в моих венах. И, честно говоря, если даже я сегодня умру, я счастлив, что в конце-то концов узнал, кто я.

Он взял Мариссу за руку.

– И кого я люблю. Если сюда привела меня судьба после стольких лет скитаний, могу сказать, что я не потратил здесь время попусту.

Выдержав долгую паузу, Дева-Законоучительница проговорила:

– Ты не сожалеешь, что покидаешь свою человеческую семью?

– Нисколько. Вот она, моя семья. Те, кто со мной здесь, и все, кто на территории Братства. Зачем мне что-то еще?

Брань, раскатившаяся по комнате, дала ему знать, что он задал очередной вопрос.

Из-под мантии раздался тихий женский смех.

– Ты довольно бесстрашен, человек.

– Лучше назвать это глупостью.

Видя, что у Рэта отвалилась челюсть, Буч потер лицо.

– Знаете, я стараюсь. Правда. Ну, проявлять уважение.

– Твою руку, человек.

Он протянул ей свободную левую руку.

– Ладонью вверх! – рявкнул Рэт.

Буч перевернул руку.

– Скажи мне, человек, – произнесла Дева-Законоучительница, – если я попрошу другую руку, которой ты держишь эту женщину, ты дашь мне ее?

– Да. Это всего лишь поменять руки.

Когда снова послышался смешок, он сказал:

– Знаете, я, словно слышу щебетание птиц, когда вы смеетесь.