Разоблаченный любовник (Др. изд.)

Он вглядывался в идеальный профиль Мариссы, зализывая рану на ее запястье, заживляя ее, снимая боль. Зачарованный чем-то, чему он не мог подобрать названия, он снова и снова проводил языком по коже девушки, ощущая ее кровь… и губы Буча.

Вишу зализывал рану дольше, чем требовалось. Напоследок, когда понял, что нужно остановиться, потому что он уже переступил грань… когда понял, что потеряет контроль над Рэтом, если не переключит внимание на него… напоследок он посмотрел на Буча. И поцеловал кожу Мариссы там, где чувствовал его губы.

У него появилось странное ощущение: он прощается со своим другом.

Буч проснулся в водовороте. В вихре. В измельчителе.

Внутри все ревело, заставляя каждый мускул сокращаться. Он что-то… пил. Такое приятное, что на глаза навернулись слезы… что-то густое и замечательное на вкус, терпкое, как вино. Он глотал снова и снова, смутно понимая, что уже пробовал подобное раньше. Не конкретно этого урожая, но…

Его глаза распахнулись, и он чуть не потерял сознание.

Минуточку, это не Марисса.

У слышав ее голос, он посмотрел в ту сторону. И вздрогнул.

Боже… милосердный. Он-то ожидал увидеть радушный прием по случаю начала его новой жизни. Но все обстояло не так.

Рэт выглядел как персонаж из фильма ужасов – огромный рычащий вампир-монстр с обнаженными клыками и сверкающими глазами. И ему был нужен Буч.

Хорошо, что его сдерживали Вишу и Марисса. Плохо, что они вот-вот потеряют над ним контроль.

Буч посмотрел на Бет, зализывающую рану на своем запястье.

А ведь он много выпил у нее, много… Вот… черт.

Он позволил своей голове упасть на стол. Рэт его убьет, это точно. Как только король освободится, сразу же размажет его по полу.

Буч продолжал мысленно ругаться и отмерять расстояние до двери, когда Бет подошла к троице.

Понизив голос, она сказала:

– Продолжайте его держать.

Буч перевернулся на бок и встретил взгляд Мариссы, молясь о том, чтобы не потерять жизнь сию же минуту. Он жаждал приблизиться к своей женщине, но в данных обстоятельствах надлежало действовать осторожно.

– Рэт? – повторила Бет.

Инстинкты Рэта настолько обострились, что ей пришлось какое-то время говорить с ним, чтобы отвлечь его внимание от Буча.

– Все закончилось, слышишь? – Она прикоснулась к его лицу, – Все позади, все закончилось.

Со стоном отчаяния Рэт прижался губами к ее ладони, затем зажмурился, как от неимоверной боли.

– Скажи им… скажи, чтобы отпускали меня постепенно. И, Бет… Бет, я наброшусь на тебя.