Разоблаченный любовник (Др. изд.)

И заметил он это только сейчас.

Но почему он все-таки не сгорел?

Из ниоткуда прозвучал женский голос:

– Потому что так и должно быть: свет и тьма вместе, две половинки соединились в целое.

Буч и Ви подняли головы. Над балконом парила Дева-Законоучительница, ее черная мантия не колыхалась, несмотря на ледяные порывы ветра.

– Вот почему ты не поглощен, – сказала она, – И вот почему он увидел тебя изначально.

Она слегка улыбнулась, но Буч не знал чему.

– Эта причина, по которой судьба привела тебя к нам, потомок Рэта сына Рэта.

Разрушитель явился, и ты – это он. Теперь в войне наступит новая эра.

Марисса кивнула, переместила мобильник к другому уху и заново просмотрела список заявок на своем столе.

– Верно. Нам нужна производственная линия, минимум шесть конфорок.

Почувствовав чье-то присутствие, она подняла глаза на дверь. Ее мысли мгновенно спутались.

– Могу я… алло, могу я перезвонить?

Не дожидаясь ответа, она отключилась.

– Хаверс. Как ты нас нашел?

Ее брат склонил голову. На нем, как обычно, спортивная куртка, серые брюки и галстук-бабочка.

Очки в роговой оправе отличались от тех, что Марисса раньше у него видела. И в то же время были копией старых.

– Мой медперсонал сообщил мне, где ты.

Она поднялась со стула и скрестила на груди руки.

– Ну и зачем ты сюда пришел?

Вместо ответа он огляделся по сторонам; было нетрудно догадаться, что ее офис не произвел на него особого впечатления. Стол, стул, ноутбук, свободное пространство деревянного пола. И… не менее тысячи листков бумаги, на каждом – запись о том, что надлежит сделать.

Кабинет Хаверса, в противовес этому, был оформлен в духе Старого Света – пол, покрытый дорогими коврами, на стенах – дипломы Гарвардской медицинской школы вперемежку с частью коллекции пейзажей Гудзонской школы живописи.

– Ты сделала в этом помещении много хорошего.

– Мы только начинаем, и это дом, а не помещение. Но почему ты здесь?

– Я пришел по просьбе Совета принцепсов. На следующем собрании состоится голосование по поводу отстранения.

Лиидир сказал, что пытался связаться с тобой на прошлой неделе. Но ты не перезвонила.

– Как видишь, я занята.

– Но они не смогут голосовать, пока все участники не соберутся в зале.

– Тогда они должны меня исключить, и все. Правду сказать, я удивлена, что они еще до этого не додумались.

– Ты одна из представителей шести родов-основателей. Ты не можешь быть исключена или освобождена… в данный момент.

– Ах, какое для них неудобство.